Катер встал на дыбы, задрал длинный, узкий аристократический нос – и помчался вперед.
За двадцать минут Фокс прошел десять миль, после чего сбросил скорость и направил катер к пустынному участку пляжа, усеянному камнями и сухими водорослями. В сотне ярдов от берега Фокс выключил мотор, встал с сиденья и осторожно пробрался на нос судна, чтобы бросить якорь. Вглядевшись в береговую линию, Фокс разглядел в просвете между чахлыми деревьями что-то белое с косым мазком красной краски. Окинув взглядом окрестности, он убедился, что вокруг не было ни души.
Пробравшись на нос, Фокс освободил закрепленную поперек спасательную шлюпку, спустил ее на воду, взял в руки весла и погреб к берегу. Выпрыгнув из шлюпки, Фокс застыл, еще раз оглядевшись вокруг, и через несколько секунд увидел какое-то движение у скрытого ветвями белого предмета, а вскоре – и троих мужчин, вышедших из-за деревьев и ковыляющих к нему по камням. Выглядели они в точности как люди, бегущие от неведомой опасности, и Фокс кривился все сильнее по мере их приближения, но, когда те оказались рядом, бросил лишь:
– Залезайте.
Торп и Люк – на нос, Кестер – на корму. Живее!
Ему пришлось зайти в воду по колено, чтобы снять с камней отяжелевшую шлюпку, затем он сам перелез через борт и взялся за весла. Вернувшись к катеру, он помог остальным перебраться на борт, вытянул шлюпку на корму и привязал ее, а потом обратился к пассажирам:
– Нужно лечь и не высовываться. Никаких лиц над бортом.
Было бы обидно испортить все прямо сейчас. В том пакете вы найдете сэндвичи и пиво, можете читать газеты. Нам повезло. Джордан вышел в море на своем катере еще в четверг и с тех пор не возвращался. Не стану описывать вам его судно и не скажу, как оно называется, иначе вы начнете крутить головой во все стороны, помогая мне в поисках.
Ридли Торп проворчал слабым голосом:
– У меня болит живот, и, наверное, мне станет еще…
– Ложитесь и постарайтесь расслабиться.
Откройте то окно, Люк, и свежий воздух скоро поможет. Об одном прошу: не вставайте.
Он прошел на нос, поднял якорь, сел за штурвал и завел мотор. Развернулся и направился к открытой воде. Поиски «Армады» начались."
"К четырем часам дня Текумсе Фокс готов был поверить, что в проливе Лонг-Айленд курсирует никак не меньше пятидесяти миллионов лодок, яхт и катеров, причем немалая их доля – белые прогулочные катера с отделанными коричневым рубками.
