Суда всех размеров и видов покачивались у причалов, натягивая свои швартовы, а пляшущие в волнах светлые точки где-то в ста ярдах от места, где он стоял, были причалами без лодок. От необходимости тщательно обдумать следующий шаг его спас чей-то голос:
– А его там нет!
Фокс обернулся и увидел голову женщины с всклокоченными волосами, высунувшуюся из окна дома по соседству, шагах в тридцати.
– Доброе утро! – откликнулся он. – Я ищу Генри Джордана!
– Ага, это я вижу. Он уплыл на своем катере.
– Спасибо.
Когда он поднял якорь?
– Ну, наверное… Кажется, еще в четверг.
– И не возвращался?
– Не-а. Да он, бывает, ходит целую неделю или того больше.
– А куда он… ходит, есть излюбленные места?
– Нет, таких нету. Но он любит ловить камбалу, а она лучше ловится ближе к Лонг-Айленду. Вот мы с мужем поймали однажды…
– Прошу прощения, как называется его судно?
– «Армада». Смешное название, верно?
– Очень. А на что оно похоже? На прогулочный катер?
– Ну да, вроде того. Тридцать футов длиной, девять шириной, на воде сидит высоко, и бортовая качка – просто жуть! Весь белый, только рубка отделана коричневым, хотя не так давно он признался моему мужу…
– Большое вам спасибо!
– Так ему передать, кто…
– Не стоит беспокоиться.
– Фокс уже направился прочь. – Спасибо!
Это, конечно, было большой удачей. Но неудача ждала Фокса, когда он вернулся к фургону, – спустило колесо, а запаски не было. Фокс прожег помеху яростным взглядом: мало того что она вызовет задержку, лишнее внимание будет привлечено к и без того заметному фургону, оказавшемуся вдали от своей базы… Что ж, делать нечего.
Фокс вернулся к перекрестку и нашел автомастерскую, где напутствовал механика:
– Будь другом, почини как можно скорее, ладно? Там у меня мясо, и оно может испортиться, если долго простоит на солнце в такой денек.
Это обошлось ему в доллар и тридцать пять минут времени. После чего Фокс опять двинулся на север и, сделав в укромном месте новую остановку, доложил о своих достижениях пассажирам.
И – дальше на север.
Наручные часы показали половину одиннадцатого, а тяжелый, душный воздух прогрелся до девяноста градусов в тени[3], когда Фокс вновь остановил фургон, на этот раз на главной улице Саут-Норуолка. Прежде чем покинуть водительское кресло и вообще фургон, он сказал Дэну:
– Помни, моя работенка проще. Я беру ее на себя только потому, что смогу отыскать катер с воды, а ты не сможешь.
