Никому из служащих не было известно ни о ее семье, ни о ней самой. Миссис Пискус никогда не приглашала в свою квартиру гостей, никто ее не навещал. Арендную плату она всегда вносила вовремя, причем исключительно наличными. Оставляла щедрые чаевые и была до странности малообщительна. Довольно рослая, держится очень скромно, почти робко, одевается старомодно, говорит дрожащим фальцетом. Описать ее лицо трудно, ведь она всегда носит густую вуаль. Ну, как у скорбящей вдовы. Романтически настроенные служащие всегда представляли себе, что жилица квартиры 7 «Д» приезжает сюда лишь для того, чтобы побыть наедине со своей скорбью.
Когда она появлялась в последний раз?
Этот вопрос потребовал обсуждения, но в итоге швейцар, администратор и лифтер пришли к общему выводу: в прошлую пятницу. Фокс прошептал что-то Деймону и, выслушав ответ, сам обратился к управляющему:"
"– Мы отправимся туда и взглянем на квартиру семь «Д».
– Прямо сейчас?
– Немедленно.
Уоррен выразил протест, но, узнав, что ордер на обыск невозможно получить до утра, и выслушав просьбу не чинить следствию препятствий, с неохотой дал свое согласие.
В кабинете номер девять остались табачный дым и спертый воздух, а люди выбрались наружу, в ночь. Немного подышав, все разместились в трех полицейских машинах. Поездка по пустым улицам заняла не более десяти минут. Служащим велели подождать внизу, и только управляющий, Деймон, Фокс и двое детективов поднялись на лифте к квартире 7 «Д».
Рыбки в пруду не оказалось. Поскольку апартаменты сдавались с мебелью, мебель здесь имелась, но все прочее отсутствовало. Стенные шкафы и буфеты были пустыми; в ванной не нашлось даже зубной щетки. После быстрого, но тщательного осмотра, во время которого к дверным ручкам и к выдвижным ящикам прикасались только в перчатках, управляющий уверенно заявил, что все предметы в квартире являются собственностью его работодателей.
Деймон бросил грозный взгляд на подчиненного:
– Займитесь делом! Мы с Фоксом пока спустимся и зададим еще несколько дурацких вопросов.
В кабинете управляющего, расположенном в задней части холла, вновь собрали и опросили служащих, однако никаких новых сведений о миссис Гарриет Пискус не получили. Никто из служащих ни разу не видел ее без вуали. Никто не подозревал в ней мужчину, хотя теперь они признали такую возможность весьма вероятной: она ходила совсем по-мужски и имела большой размер туфель.
