Дверь за ними закрыл мужчина в строгом костюме, который сразу же встал навытяжку, явно готовый, не меняясь в лице, снести все: от полного безразличия к себе до ритуального отсечения головы.
– Мистер Джадд наверху?
– Да, мисс Джадд.
– Тогда просто возьмите у меня вещи… – Сделав шаг, мужчина в строгом костюме возник у нее за спиной, чтобы принять шубу. – И у мистера…
– Шермана, – подсказал Фокс.
– Да, конечно. Пальто и шляпу у мистера Шермана.
Что и было сделано. Вслед за дамой Фокс прошел по просторному холлу и поднялся по широкой, устланной ковром лестнице, восхищаясь старыми резными перилами из темного вишневого дерева и неизбежно сравнивая их с теми, которых эта женщина с такой неохотой касалась каких-то полчаса назад.
От холла наверху, который был лишь немного меньше холла внизу, в разные стороны расходились три коридора. Дама двинулась направо, открыла дверь и вошла в большую комнату, наполненную теплом и светом, с комфортной мебелью и тысячью книг. В комнате находился только один человек – он сидел в мягком кресле, положив ноги на скамеечку, курил трубку и читал журнал.
При их появлении он повернул голову к пришедшим.
Явно нервничая, мисс Джадд тонким голосом сказала:
– Гатри, я считаю, что самым лучшим будет…
Выражение, появившееся на лице брата, заставило ее потрясенно замолчать, и сама она будто окаменела.
Глава 16Фокс заговорил, и в его голосе изысканный сарказм мешался с невыносимой учтивостью:
– Это я подпалил вам задницу, мистер Джадд.
Для того чтобы произнести подобное, да еще в таком тоне, требовалось немалое мужество. Едва ли когда-либо прежде, на протяжении всей своей циничной, хладнокровной, хищнической карьеры, Гатри Джадд терял способность связной речи в приступе бессильной ярости – и смена эмоций на его лице почти каждому внушила бы панический страх. Одно только холодное бешенство в его взгляде добавляло правдоподобия байкам о василисках, но даже этот взгляд Фокс, засунув руки в карманы пиджака и широко расставив ноги, встретил достойно.
Мисс Джадд не проявила той же стойкости.
– Я посчитала… – запинаясь, пробормотала она. – Мне показалось лучшим выходом… – Продолжить она уже не смогла.
– Она никогда не видела его в лицо, – коротко объяснил Фокс. – Я был там, и она приняла меня за него. Мы весьма подробно обсудили положение дел, и теперь я хотел бы обсудить его с вами.
– Она… приняла вас за Филипа Тингли?
– Да. И привела сюда.
