Фокс ни в коей мере не был безразличен к еде и даже в теперешнем, достойном сочувствия состоянии был способен определить, если бы ему подали что-нибудь несъедобное, но, покидая ресторан полчаса спустя, он не смог бы сказать, какому именно блюду обязан приятной тяжестью в желудке: запеченной цесарке или, допустим, тушеным бобам."
"Часы на приборной панели, которым он не давал отклоняться от точного времени больше чем на минуту-другую, показывали без пяти восемь, когда Фокс подъехал к дому 320 по Гроув-стрит. Детектив вышел из машины и направился к подъезду.
Из темного угла появилась фигура, в которой удалось признать мистера Олсона с зубочисткой в уголке рта. Консьерж объявил, что наверху по-прежнему не обращают внимания на звонки, впустил Фокса и постоял у лестницы, прислушиваясь, пока эхо голосов не убедило его в том, что этот посетитель до сих пор считается другом.
Тем не менее Фокс ясно понял по выражению лица Эми, что, хотя он и считается другом, ждет она все же кого-то другого. Когда дверь распахнулась, перед Фоксом возникло прелестное юное видение в зеленом наряде, с сияющими глазами и слегка раскрасневшимися щеками в предвкушении ожидаемой встречи.
Облачко разочарования пронеслось по ее лицу, но не так быстро, чтобы ускользнуть от взгляда Фокса.
– Всего лишь я, – сказал Фокс. – Извините.
– О, я так вам рада! – постаралась она сгладить ситуацию. – Как хорошо… то есть я надеялась, что вы… позвольте, я возьму пальто…
Он позволил Эми повесить его пальто на вешалку, а сам обвел гостиную быстрым взглядом.
Здесь совсем недавно прибрались: подушки на диване взбиты и старательно расставлены; журналы и другие предметы на столе аккуратно разложены; на коврах – ни пылинки, а пепельницы девственно-чисты.
– Вы собирались уходить? – вежливо поинтересовался Фокс.
– Нет-нет. Садитесь. Нет, я не выхожу. Я… может быть, сигарету?
– Благодарю. Наверное, мне стоило сначала позвонить…
Фокс замолчал, а Эми обернулась, когда в прихожей прозвенел звонок.
– Прошу прощения, – сказала она, подошла к входной двери и открыла ее.
Фокс догадывался, разумеется, кто мог прийти, и, чтобы не стеснять людей в возможном выражении чувств, предпочел отвести взгляд в сторону, но, когда умеренно-бурное приветствие замерло на устах Эми нотой озадаченного изумления, его внимание все же было привлечено, а брови взлетели в удивлении, так как Леонард Клифф ворвался в гостиную, словно грозовая туча – холодная, мрачная и пугающе опасная.
Глава 14– Привет.
