Урсегов благоухал свежей стрижкой и бутоньеркой. Увидев пристава и городовых, он растерялся и сразу заметил Пушкина.
– Алексей, это что такое? – спросил он, провожая взглядом пристава и свою невесту, которая смотрела с немым воплем о спасении.
– Мадам Бабанова арестована по подозрению в убийствах…
Граф попятился к выходу.
– Ах, вот как? Свадьба отменяться! – крикнул он так бодро, будто нашел долгожданный повод. – Между нами все кончено! Навсегда! Прощайте!
И скрылся на лестнице.
К Пушкину метнулась Астра. Барышня кипела холодным бешенством.
– Благодарю, Алексей Сергеевич, не ожидала от вас такого…
– Вы получили то, что хотели, – ответил он с чуть заметным поклоном.
– Вы отняли у меня мать! – закричала Астра. – Что вы наделали? С ума сошли? Она ни в чем не виновата! Готова за нее поручиться!
– Поручительство несовершеннолетней девицы не принимается судом, – ответил Пушкин и увернулся от летевшей оплеухи. – Держите себя в руках, мадемуазель… Берите пример с вашей сестры…
Действительно, Гая забилась в угол дивана, не замечая ничего.
– Ах, так? – Астра погрозила ему кулачком. – Ты еще пожалеешь, полицейский! Мы, купцы Бабановы, так просто не сдаемся!
– Простите, Астра Федоровна, обязан исполнить долг, – сказал Пушкин и очень тихо добавил: – Отец мог бы вами гордиться…
Слезы заволокли глаза. Астра упрямо смотрела в лицо полицейскому, которое ненавидела всей силой, доставшейся от предков.
– Вы ледяная, бесчувственная скала, Пушкин…
– Мне говорили, – ответил он.
– У вас нет ни жалости, ни любви, ни сострадания… Мне жаль вас.
– Астра улыбнулась сквозь слезы и плюнула ему под ноги. – Вот вам на прощанье…
Она отошла к сестре, села рядом и крепко обняла, будто защищала. Гая не реагировала.
В гостиную вошла Василиса с узелками и корзинкой. Пушкину она поклонилась.
– Куда собралась? – крикнула Астра, не выпуская сестру. – Не видишь, что в доме творится?
– Мне очень жаль, – холодно ответила Василиса. – Пришла проститься, Астра Федоровна. Мадам Бабанова дала мне расчет, за что ей крайне признательна.
Более у вас не служу. Благодарю за стол и дом, вы всегда можете рассчитывать на мое дружеское участие… Прощайте…
С этим Василиса ушла, не закрыв за собой дверь. Она теперь не прислуга…
Астра бросила в Пушкина взгляд, полный ненависти и отчаяния.
– Что наделали… Василиса бросила, дядюшки нет… Довольны? Победили? Так запомните: рано радуетесь, господин полицейский… Мы Бабановы, мы победим…
И уткнулась лицом в затылок сестры.
