То есть почти пуста: там стояла лишь любимая Пашина кружка, вровень с краями наполненная «поросячьим соком», и белый фанерный щит с намалеванными алой краской цифрами 25 в пестрой рамке.
Дрын выглянул из фургона наружу и улыбнулся.
— А вот и подарок, — сказал он, спрыгивая на рампу. И добавил удовлетворенно:
— Специально.
Сергей ничего не понял. Из кабины вышел Гога с несколько просветлевшим лицом, правда, следы какой-то озабоченности сохранились — будто шофер мучился животом.
Он полез в карман, достал черную коробочку, угловатым неловким движением протянул Дрыну.
— Это от фирмы и от Валыча лично. Со всеми, короче, наилучшими…
Дрын взял коробочку, открыл. Внутри блеснул массивный корпус наручных часов с тремя заводными головками.
— Ух ты! — ухмыльнулся Дрын. — Они точно идут, секунда в секунду. Храмонотр называется.
— Хронометр, — поправил Сергей. — У тебя что, день рождения?
— Ну, — радостно кивнул Паша. — Специально.
Он склонился над тележкой, взял кружку, подержал перед собой.
Прищурил один глаз, будто прицеливаясь. Поверхность задрожала, по краям поползли густые красные потеки. Дрын бережно вытер кружку мятым носовым платком — и долгим-долгим залпом, прикрыв глаза, выпил. Потом выплюнул на бетон приставшие к зубам «пенки».
На товарную заехать все-таки пришлось. Там забросили в фургон несколько ящиков «Бонда» и балтийских шпрот. Поехали обратно. Дрына всю дорогу мучила отрыжка. Он улыбался.
— Извини, — сказал Сергей Курлов, — я не знал, что у тебя сегодня праздник.
Поздравляю. Желаю там… всего.
— Спасибо, — ответил Дрын, продолжая улыбаться. — Приходи сегодня в «Лабинку», Ираклий обещал приготовить целое корыто какой-то народной грузинской дряни.
Вчера барашка прикупил на рынке. Специально.
Сегодня он раз восемь повторил это слово. Специально. Раньше никогда не говорил, а тут заладил, будто толькотолько выучил.
Наверное, подумал Сергей, Дрын просто отрывается, что этот день — именно его день, когда все, включая даже директора в его высокой стеклянной башне, думают о нем.
Заботятся. Подарки делают. Специально для него. Для Дрына, простого грузчика в грязной робе, подол которой затвердел от пота и говяжьей крови. Не для Гоги, нет — хотя Гога бригадир и получает на полторы сотни больше; не для Вал Валыча — хотя Валыч управляющий, решает всякие важные дела и носит синий костюм в мелкую полоску, а получает… Много получает, короче.
