Трачу на сборы чуть больше часа и на такси еду в офис «Глянца». Приходится подождать в приемной пятнадцать минут, но как только из кабинета главреда выходит представительного вида мужчина, меня тут же приглашают войти.
— Вика, два кофе нам принеси, — говорит Ида секретарю и обращается ко мне, — Ты ведь пьешь кофе? Тебе можно?...
— Эмм... Воды, если не сложно...
— Чай?
— Да, чай можно. Зеленый, пожалуйста.
Бесшумно закрыв дверь, секретарша исчезает, а Ида указывает рукой на стул напротив себя.
— Добрый день, — здороваюсь запоздало.
Элегантно подперев рукой подбородок, она внимательно смотрит на меня. Я поднимаю уголки губ и отвечаю открытым взглядом. Успокаиваю себя тем, что отказ не будет катастрофой. Денис обещал обеспечить меня заказами в любом случае.
— Я уж решила, ты не нуждаешься в работе, Наташа, — чуть приподняв бровь, проговаривает она негромко.
— Нет, что вы!... Конечно, нуждаюсь! Работать в вашем журнале большая честь для меня!
— Не похоже, — бормочет тихо и переключает внимание на Викторию, принесшую для нас чай и кофе, — Спасибо.
Я тоже благодарю секретаршу и касаюсь кончиками пальцев горячего фарфора. По телу прокатывается волна нервной дрожи.
— Уверяю, я в вашем полном распоряжении! — проговариваю, едва закрывается дверь.
— Как ты себя чувствуешь? Проблемы с беременностью?
— Нет, все прекрасно. И я, и малыш чувствуем себя отлично!
— Муж?
Едва не поперхнувшись воздухом, я замираю. Неужели все мои мысли транслируются на лбу красными буквами?
— Я угадала? — улыбается она.
— Да. Я подала заявление в суд. Думаю, нас скоро разведут.
— Милая... — берет чашку и делает крохотный глоток кофе, — Мой развод длился три года, но надеюсь, тебе повезет больше.
— Три года?... — переспрашиваю растеряно, — Так долго?
— Чай остынет, Наташа.
Послушно отпиваю и возвращаю чашку на блюдце.
Наверняка Ида с мужем делили имущество. Я на счета и недвижимость Березовского не претендую. Если он все же согласится, бракоразводный процесс не затянется.
— При обоюдном желании развестись и отсутствии претензий друг к другу все пройдет быстро.
— Нет, — качаю головой, — Нет у нас обоюдного желания. Он не согласен на развод.
— Нет? Почему?... Хочет сохранить семью?
— Говорит, что да.
Откинувшись на спинку кресла, она смотрит на меня долгим взглядом. Я, удерживая чашку с чаем двумя руками, делаю несколько глотков подряд. Мне не по себе, но говорить о столь личном с почти незнакомым человеком почему-то не сложно и почти не стыдно.
— А ты?
— А я нет.
