— Да всё отлично, — разворачиваюсь от плиты. — Саша кушает, спит. Иногда плачет. Мы много гуляем и привыкаем к новой жизни. Садись, всё уже готово.
Мало-мальски сервирую стол и ставлю тарелку с яичницей, а затем завариваю вкусный чай. Устроившись напротив наблюдаю за тем, как Денис ест.
Чужой мужчина у меня на кухне.
И в спальне.…
Ощущения странные, новые и пугающие.
Я осматриваю ухоженные пальцы и сильные запястья, гладковыбритое лицо и уложенные гелем волосы. Денис внешне вполне приятный мужчина, но у меня внутри при этом осознании — мертвый штиль.
— Что? — приподнимает он черные брови и улыбается.
— Ничего, — мотаю головой.
Вдруг замечаю, как темнеющий взгляд опускается на мою грудь, плотно обтянутую майкой. Денис одобрительно кивает.
— Вкусно, Наташ. Говорю же — ты просто волшебница. И кому такая девушка достанется?...
Желудок скручивает от волнения.
Почему я раньше этого не видела?
— На следующей неделе еду в загородный отель. Помнишь, куда мы ездили на форум. Тебе ведь там понравилось? Будет что-то вроде небольшой презентации, а потом концерт джазовой музыки.
Поедете со мной, — утверждающе произносит.
— В смысле?
— Вернее, хочу пригласить тебя. Поторопился, прости. И Сашу, конечно.
— Ох, — опускаю глаза, разглядывая свои руки на столе. — Мы вряд ли сможем, Денис, но спасибо тебе за предложение.
— Почему не сможете? — спрашивает требовательно.
Я зажмуриваюсь от неловкости и стыда. Кажется, будто я сама поощряла Дениса всё это время и давала надежду. Так все это выглядело?.
..
— У меня интервью.
— Что за интервью?
— В рамках предвыборной кампании Ромы мне предложили рассказать немного о нем. Я согласилась.
— Вот как? — он морщится и смотрит поверх моего плеча.
Обернувшись, замечаю на балконе мужскую рубашку, размещенную на плечиках. Вчера Березовский решил поносить Сашеньку после кормления и как результат — ушел домой в одном пиджаке.
— Вы с ним сошлись? — всегда вежливый голос становится грубым.
— Нет, но я не исключаю такой возможности.
Оправдываться за то, что в моей квартире находятся вещи почти бывшего мужа, я не буду.
— Значит, простила его?
— Я давно его простила, — обхватываю плечи.
— Прекрасно, — он психует. — Просто прекрасно, Наташ. Ну почему ты такая глупенькая? Он ведь и дальше продолжит делать это.
— Что «это»? — бросаю нервно.
— Трахать всех подряд!..
— Ты в себе? — вскакиваю со стула и ощетиниваюсь, собираясь защищать Березовского.
— Одинокая, бездомная дурочка Наташа, — продолжает Денис.
