У меня как-то была женщина и с шестью. Тяжелая была беременность, все недоношенными родились, но живыми. Выходили.
Гудит принтер. Через минуту Узистка крепит степлером снимок к заключению и протягивает его мне:
— Я отправлю вашему врачу еще и электронный вариант. И она подтвердит мои слова. У вас все получится.
— Думаете? — жалобно шепчу я и вот-вот разрыдаюсь.
Я-то и одного не планировала рожать, а тут двоих! И я хочу потребовать от узистки, чтобы она все исправила. Да, это глупо, но я не могу сейчас мыслит рационально.
Я, как женщина, которую ждет развод из-за беременной потаскухи, паникую. Я вся в холодных мурашках. От макушки до пят.
Двое!
Только решила, что я возьму себя в руки и включу голову, как мне по ней опять шандарахнуло.
И кто-то должен взять меня на ручки, прижать к себе и шепнуть, что все будет хорошо. А потом не мешало бы чмокнуть в носик, укрыть одеялком и принести чашку горячего чая.
Но меня ждет развод, юристы, адвокаты, беготня с горящей задницей, попытки вырулить с Глебом из дерьма не психованными и дергаными врагами.
А еще жуткий токсикоз, отеки, эмоциональные горки и пятнистая рожа.
Я ненавижу свою жизнь.
Как же я завидую сейчас одиноким женщинам. Или молодым девочкам, которые могут упорхнуть из брака легкими бабочками в светлое будущее, гордо встряхнув волосами и вскинув подбородок.
— Вы же мать с опытом, — узистка подбадривающе улыбается, вырывая меня из бурлящего потока мыслей, — точно справитесь. А если муж выкобенивается, пару раз приложите о его голову сковородкой.
Нервно смеюсь и сдавленно отвечаю:
— Все куда сложнее.
— Нагуляла? — шепчет узистка и округляет глаза. — И, дура такая, мужу сказала?
— Нет, — медленно качаю головой. — Я пойду.
— Давай, мать, — решительно смотрит на меня. — Сопли не распускай.
Отступаю, подхватываю пиджак и выхожу. Перед глазами все плывет. Не распускать сопли?
А я вот хочу соплей, слез и криков.
Мне надо на воздух. Подставить лицо под холодный ветерок, собраться с духом и только потом вернуться к врачу, который подтвердит слова узистки.
Я жду двойню.
Несколько поворотов. Плетусь мимо регистрационной стойки, милая девушка-администратор клиники говорит:
— Хорошего дня."
"— Я еще вернусь. Мне надо подышать…
В дверях сталкиваюсь с худой женщиной, тихо извиняюсь и выхожу на крыльцо.
И не сразу понимаю, что в нескольких шагах от лестницы стоит Глеб, спрятав руки в карманы.
— Вот черт… — короткий смешок, и я прикладываю ладонь ко лбу.
