Он всегда таким был, и свет моей любви к нему затмевал его недостатки, или он и вправду изменился?
Он встаёт и с шумом отодвигает кресло, на котором сидел. Я вижу, как он морщится, словно от боли. Если бы я не знала, что он дракон, я бы заподозрила, что он болен чем-то. Как странно. Ивар, который всегда был переполнен силой, теперь похож на молодого старика. Что же с ним не так? Неужели боги увидели его грехи и послали ему то, что он заслуживает?
— Марианна Гибсон, — говорит он и достаёт из ящика печать на золотой цепочке.
Отсюда я не вижу, что изображено на печати, но догадываюсь, что она соответствует наряду, который она выбрала.
Марианна лучезарно улыбается и лёгкой походкой подходит к дракону, подставляя ему шею.
— Готова ли ты участвовать в отборе?
— Готова.
— Понимаешь ли ты, что тебе придётся пройти каждое испытание, что бы ни случилось, ты не сможешь отказаться?
— Я понимаю. И я готова.
— Готова ли ты составить моё счастье в случае своей победы?
— Готова.
— Знаешь ли ты, что на время отбора ты принадлежишь мне и уже являешься моей женой в глазах богов?
— Знаю.
— Тогда прими эту печать, как знак моей готовности взять тебя в истинные жёны, если ты будешь достойна. Ты не сможешь снять её до того, как кончится отбор, и не сможешь покинуть пределы моих земель, печать не пустит тебя."
"— Спасибо, — говорит она, и явно просто готова разорваться от восторга, когда Ивар надевает на неё золотую печать.
— Я буду вашей женой, князь! — не удерживается она и берёт его за руку.
Он отдёргивает руку и смотрит на неё с каким-то странным выражением.
На его лице проявляется маска презрения и недовольства, словно её прикосновение неприятно ему.
Он что-то говорит Ридли, нетерпеливо задаёт несколько вопросов. Но Ридли качает головой и настойчиво что-то шепчет в ответ.
Ивар вздыхает и берёт следующую печать.
— Солана Майер, — говорит он хриплым голосом и не обращает никакого внимания на девушку в синем платье, что подходит к нему и делает реверанс.
— Здравствуйте, князь, я так рада, что вы сочли меня достойной…
— Да, да… — равнодушно бросает он и выуживает из ящика следующую печать.
— Согласна ли ты на всё, что было сказано прошлой, хм, претендентке?
— Да! — восторженно говорит она, и он быстро надевает на неё печать.
Когда очередь почти доходит до меня, он снова обращается к Ридли. И на этот раз я слышу, что он говорит.
— Мне нужно выпить зелья, — он явно говорит громче, чем собирался, и это не ускользает от меня. Как и от многих других.
