И в этом главная причина того, что я пригласил ее первой, а не тебя, Марианна. В ней жажда другого рода, природу этой жажды я разгадать не могу. А еще, знаешь что в ней есть, чего нет в тебе?
— Что? — спрашивает Марианна глухо, с ненавистью бросая взгляд на меня.
— Она готова умереть, но не ради своих целей, а ради других людей. Она боится потерять своих близких. Ты же боишься только того, что потеряешь добычу, которую считаешь по праву принадлежащей тебе. Ты, Марианна, имеешь все недостатки дракона, но лишена его достоинств.
В тебе одна лишь ненависть, но ты не умеешь летать, и в жилах твоих обычная кровь, и умрешь ты так же, как все люди. Но мне нравится твое глупое бесстрашие.
Он стирает пальцем слезу, текущую по лицу Марианны.
— Ты сломанное, жестокое и голодное существо. Словно животное. Мы, драконы, не виноваты, что в нас кипит жестокая ярость, мы вынуждены сдерживать нашу сущность. Ты же никогда не сдерживалась и только нагнетала свою ненависть. Ты поистине прекрасна в своей уверенности в том, что весь этот мир создан для тебя одной.
— Я не животное, — шепчет марианна, всхлипывая. — Я люблю князя и хочу стать его женой.
— Я это уже слышал, — издает смешок король, — и правды в этом было не больше, чем в твоих лживых словах, моя хорошая. Ты либо выиграешь, либо погибнешь совсем скоро. Так что забудь об этом всем и давай веселиться!
Король хлопает в ладоши и заставляет оркестр играть громче.
— Я подарю тебе первый танец за твою смелость, моя хорошая. Но завтра я лишу тебя жизни, если ты проиграешь, но останешься в живых.
Последние слова король говорит тихо, и их никто не слышит, кроме меня и Марианны.
Король берет ее за руку и ведет на площадку, где уже танцует множество людей. Танцоры расступаются и ярко красное платье Марианны кажется кровавым пятном на белом мраморе пола.
Когда я понимаю, что все, как завороженные, наблюдают за королем и Марианной, я тихонько покидаю место за столом и скрываюсь в тени колонн, где туда-сюда снуют многочисленные слуги и устремляюсь к восточному выходу, где должен ждать меня Блэйк.
71
Выйдя на улицу через нужный выход, я оглядываюсь по сторонам. Никого. Лишь шум ветра, крики ночных птиц и стрекот сверчков. Где же Блэйк? Он ведь точно сказал ждать его здесь.
С нетерпением иду вглубь тёмной аллеи, гравий под ногами шуршит почти оглушительно. Стрекот сверчков стихает, и ночная тишина наваливается, как безмолвная лавина тревоги.
— Блэйк? — шепчу я, когда мне кажется, что вижу неясный силуэт.
