Оно жжет и терзает меня нестерпимой болью, словно требуя немедленно снять его, пока не стало слишком поздно. Я чувствую, что оно отбирает у меня последние силы, которые могли бы пойти на сохранение моей жизни ещё на несколько мгновений, если король не сжалится и не отпустит меня, дав мне вдохнуть...
— Одно мгновение, и тебя не будет на этом свете. Твое сердечко трепыхается, не понимая, что происходит. Твой разум не верит, что это конец. Твоя душа не теряет надежды на то, что я милосерден и не стану этого делать.
Но когда ты поймешь правду, будет слишком поздно. Всегда слишком поздно, когда люди понимают правду. Одно движение пальцами — и тебя нет. Такова жизнь любого человека. Твой разум заставляет тебя думать, что это не так, что ты всё контролируешь, что впереди у тебя бесконечное будущее. Но это не так. И я хочу, чтобы ты запомнила эту минуту."
"Последние его слова я уже словно не слышу, а лишь чувствую их вибрацию, проходящую через его руку, сжимающую мою шею. Я почти не понимаю его слов, и всё, о чем думаю, — как мне вырваться.
Мои руки сжимают его огромную ручищу, пытаются разжать пальцы, но они словно сделаны из камня.
И когда я уже почти принимаю тот факт, что это последнее мгновение моей жизни, его хватка вдруг ослабевает, и он отпускает меня.
— Запомни эту минуту. И цени жизнь, которую подарил тебе зверь, — говорит король. А я сгибаюсь и кашляю. Всё моё тело содрогается, словно через него проходят разряды молнии. Крепкая рука короля удерживает меня, чтобы моё ослабевшее тело не соскользнуло с кресла на пол.
— Всё хорошо, малышка, всё хорошо, — говорит он и гладит меня по волосам. Зрение постепенно возвращается ко мне, и теперь я могу видеть узоры на плитах пола, тускло подсвеченные огнем свечей, редкими лучами солнца, пробивающимися через окна, и всполохами пламени от горящих каминов.
Чудовище. Проклятое чудовище. Нужно бежать отсюда, бежать со всех ног, пока он не передумал. Я пытаюсь встать, но он давит мне на плечо и поворачивает к себе. На его лице играет удовлетворенная улыбка, которая тут же сменяется твердой злобой, от которой по спине пробегают ледяные мурашки.
В глазах короля полыхает огонь, и я могу поклясться, что сейчас не вижу человека, а вижу лишь дракона, безжалостного, лишенного сострадания и даже намека на любовь.
— А теперь ешь, — говорит он жестоким голосом. — Я хочу видеть, как ты ешь.
Я дергаюсь, но он крепко держит меня и вкладывает мне в руку вилку.
— Попробуй мясо, оно чудо как хорошо.
