- Заметив, как он недоверчиво нахмурился, она расхохоталась. - Я приняла к сведению твое предостережение. Разве это так удивительно?
– Когда это исходит от тебя, то очень удивительно.
– Время покажет.
Кристен стала щекотать пальцем его ухо В ее глазах явственно читалось приглашение, но ум ее был занят совсем другим.
Она подумала, что, если не проявит интереса к его новому слуге, он тоже сочтет это странным.
– Я заметила, что ты взял нового человека на службу, - небрежно бросила она. - Разве это в твоих правилах - брать в дом чужеземцев?
Но ее вопрос возымел действие, обратное тому, на которое она рассчитывала, пробудив в Ройсе подозрительность.
– Ты с полным безразличием отнеслась и к королю Уэссекса, и к его приближенным и вдруг заинтересовалась этим кельтом. Как прикажешь это понимать?
– Я всего лишь проявила любопытство. Все женщины только о нем и говорят.
– Ну и пусть себе говорят, - резко ответил Ройс. - Но ты будь добра держаться подальше от него.
Он ненавидит викингов не меньше, чем я.
Пора было переключить его мысли на что-нибудь другое.
Кристен, полузакрыв глаза, медленно провела пальцем по его подбородку, потом по нижней губе.
– Это правда, сакс? - хрипло прошептала она. - Ты по-прежнему ненавидишь всех викингов?
Вместо ответа он со стоном крепко прижал ее к себе, и Кристен тоже забыла обо всем остальном. Но что бы она ни делала, радость от того, что она снова увидела своего брата живым, подсознательно преобладала над всеми остальными чувствами.
Как раньше она тормошила Иду, чтобы дать выход переполнявшему ее восторгу, точно так же этой ночью она излила свой восторг на Ройса.
Она была игривой и страстной, робкой и раскованной. Поочередно она была то распутницей, то скромницей, то дикой кошкой, пока Ройс не перестал удивляться этим поразительным переменам. Когда он слышал ее грудной смех, никогда прежде не раздававшийся в этой постели, кровь закипала у него в жилах.
Он снова и снова сливался с ней в любовном экстазе, хотя подспудно был сам поражен, что способен на такое. Но когда она шептала, что опять хочет его, ему казалось, что она вынимает душу у него из груди. Она довела его до полного изнеможения, пока он наконец не заснул мертвым сном.
Кристен тоже заснула. Но все ее чувства были настолько обострены, что ее сон был беспокойным и чутким, и она пробудилась очень рано, задолго до рассвета.
