Весь спуск старик прошёл в середине колонны, а два его сына образовали: один – авангард, а другой – арьергард отряда. Возможно, благодаря именно этой предосторожности переход закончился без приключений.
Напротив моста расположился значительный аул Карадах, в котором Таубе назначил полуденный отдых. В селении оказался даже этапный двор с крепким каменным зданием для конвойных команд. Там и остановилась партия. После незамысловатого, но плотного обеда Ильин заявил, что у него имеется в Карадахе агент, и он отправляется к нему за сведениями.
– Не боитесь выдать агента? – спросил барон. – Только пришли в аул, и сразу туда. В горах повсюду глаза и уши…
Капитан усмехнулся:
– Не вчера же я начал заниматься разведкой, Виктор Рейнгольдович! Агент мой – торговец москательным товаром. К тому же хемшин[77]. Лавка стоит на лучшем месте, посетители обычны…
И ушёл, насвистывая. Следом также удалился Артилевский. Заявил, что съездит в Гуниб в гости к вдове старого товарища по полку. Да ещё похабно подмигнул при этом.
Начернил усы – они у него оказались, как слезла краска, совсем седые – и ускакал.
Лыков решил воспользоваться их уходом и спросил Даур-Гирея:
– Иса Бечирович, что вы думаете насчёт денег Артилевского? Конь, оружие, привычки – откуда всё это?
Ротмистр выпятил грудь, как Скалозуб, и ответил с презрением:
– Вы, господин коллежский асессор, привыкли там у себя в Департаменте полиции, ко всякой сволочи… А тут офицеры. Тут доносчиков нет.
Лыков разозлился, хотел ответить соответственно, но его опередил Таубе.
Он подошёл, сказал:
– Дай-ка мне то, что лежит у тебя в левом внутреннем кармане.
Лыков, досадуя, протянул барону крохотный свёрток. Тот развернул тряпицу, вынул солдатский Георгий четвёртой степени и показал его абадзеху:
– У вас такой есть?
– Нет, – ответил тот смущённо.
– Возможно, что и не будет никогда.[78] А у Лыкова имеется. Он с восемнадцати лет под пулями, семь раз ранен. И вы собираетесь учить Алексея Николаевича понятиям чести?
– Виноват, – ответил Даур-Гирей.
– Но этот вопрос…
– Правильный вопрос. Не находите? Как только мы свернём со столбовой дороги и подымемся на Богосский хребет, всё станет иметь значение. Тем более, такая важная вещь, как происхождение капиталов нашего войскового старшины. Итак, какого вы о нём мнения?
Ротмистр смутился."
"– Ну… насчёт денег всё просто. Эспер Кириллович покровительствует контрабанде.
– Контрабанде? – хором спросили сыщик и разведчик.
– Да. Это никакой не секрет.
