— А, так вы, наверное, Марина, новая экономка!
— Верно, меня Марина зовут. А вы не подскажете, где мне хозяйку найти?
— Вы заходите в дом и идите прямо в столовую. А я сейчас Светлане Павловне позвоню, скажу, что вы приехали и чтобы она спустилась вниз.
Гуров достал телефон и позвонил хозяйке дома. После чего оглянулся на ворота — не едет ли обещанный лаборант. Нет, полицейскую машину видно не было. И тогда он тоже вошел в дом."
"Первым человеком, которого он увидел в гостиной, была гувернантка Татьяна. Она вместе с Наташей и Славой ходила по комнате с рулеткой в руках.
Все трое делали какие-то измерения и что-то чертили на большом листе бумаги, лежавшем на столе.
— Это мы учимся составлять план дома, — объяснила Татьяна, отвечая на удивленный взгляд сыщика. — Получается что-то вроде урока географии по составлению карт, заодно и урок черчения. А им интересно. Потом мы таким же образом сделаем планы всех трех этажей.
— Интересная задумка, — похвалил Гуров. — Она даже может оказаться полезной. Да, я тут поговорил…
При этих словах он наклонился к уху гувернантки и дальнейшие сведения сообщил ей почти шепотом:
— Я говорил с водителем Юрой, предупредил, что вы можете укрыться в гараже.
Он обещал все там расчистить и предложил разместить детей в машине. Там им будет комфортно и можно все крутить, что захотят. Юра заверил, что дети вреда не смогут принести.
— Какой он молодец! — также шепотом отозвалась Татьяна. — Я буду иметь в виду.
Она вновь вернулась к операциям с рулеткой и карандашом, а Гуров проследовал дальше, в столовую.
Здесь он стал свидетелем встречи хозяйки дома с новой экономкой. Вдова довольно путано объясняла Марине ее обязанности, забывая некоторые важные моменты и то и дело повторяя одно и то же. Та ничего не переспрашивала, только кивала головой и говорила: «Я разберусь, Светлана Павловна, я разберусь».
«Кажется, Настя Селиванова была права и эта Марина действительно является толковым работником, — подумал Лев. — Работником, которому не требуются подсказки и долгие разъяснения, она сама все знает и найдет выход из любого положения».
Тут дверь столовой открылась и вошел человек, о существовании которого Гуров сегодня даже не вспоминал и которого вообще первый раз видел в доме, — садовник Никита Карпов. Он был, как обычно, в брезентовых штанах, измазанных землей, в старых грубых ботинках, от которых на паркете оставались следы.
— Я, Светлана Павловна, извиняюсь, что сюда вошел, — прогудел садовник своим глухим голосом.
