— Ты изготовил взрыватель и решил установить его на колесо «Мерседеса»…
— Ну, сначала-то план был другой, попроще. Я хотел просто слить тормозную жидкость или заблокировать тормозные колодки. Но вы провели работу с водителем, завербовали его в свою группу, и этот дурак Юра поддался на вашу агитацию. Он стал следить за машиной, каждый час проверять тормоза. Я понял, что из моей первоначальной идеи ничего не выйдет. Тогда я вспомнил, что научился в ЧОПе делать миниатюрные мины…
— И ты установил эту мину в самый последний момент, когда подошел к машине перед отъездом, — кивнул Лев.
— Я только теперь понял, как все произошло. Ты подошел к машине — якобы для того, чтобы спросить Светлану Павловну про какие-то парковые дела. Изображал ужасно смущенного, растерянного мужичка, топтался возле машины, будто не зная, в какую сторону уходить… А на самом деле ты в это время незаметно прикрепил свое устройство — и ушел, уверенный, что все сработает и от главной соперницы в борьбе за наследство избавишься… А уж потом бы ты и о детях «позаботился»…
— А что, я этих детишек обнимать, что ли, должен? — зло спросил Анатолий.
— Им, значит, все, а мне ничего? Да, жизнь — борьба, и приз получает сильнейший. Они со мной не собирались делиться — и я с ними тоже делиться не хотел.
— Но ты одного не рассчитал — что я поеду вслед за машиной Юры и сумею оказать им помощь, когда твое устройство сработало, — заметил Гуров. — Но мы с тобой слишком забежали вперед. Давай теперь отмотаем немного назад и рассмотрим события с самого начала.
Расскажи, как у тебя возник план «проклятого дома»?
Теперь он мог задать такой вопрос, мог управлять ходом беседы. Ему удалось самое главное — сломать молчание задержанного, побудить его вступить в разговор. Это был именно разговор, а не допрос, и этот разговор Анатолию был интересен. Ведь ему наверняка хотелось кому-то похвастаться своей хитростью, смекалкой, продемонстрировать свои немалые умения…
— План, говорите? — переспросил Анатолий.
— А тогда и возник, когда я впервые этот дом увидел. Ну, вы сами его видели, должны понимать. Этакий дворец! И папаша мой — под стать этому дворцу. Вы не заметили, что они были чем-то похожи? Мой богатенький папаша отгрохал себе хоромы, похожие на него самого: с красивенькой такой гостиной, удобной спальней — но и с тайничками, закоулками всякими. Я, когда этот дом досконально изучил, понял, какую выгоду можно из всего этого извлечь.
