Радостно встречали глаза трогательную завязь распускающихся почек. Тонкий аромат первой зелени во влажном весеннем воздухе волновал грудь. Где-то на половине пути по дороге к дому мой спутник приметил несколько сыроежек:
— Батюшка, первые грибы, смотрите! Благословите, возьмем с собой, братьев угостим!
Километра через три мы набрели на небольшое семейство белых грибов.
— Возьмем и эти? — умоляюще посмотрел на меня москвич. — Теперь у нас будет кое-что на обед!
Ближе к скиту мы остановились, пораженные открывшимся зрелищем: по склонам красовались целые россыпи белых грибов, а также маслят, опят и лисичек.
Мы наполнили грибами оба рюкзака и, сбиваясь с дыхания от голодной слабости, поднимались в скит. На душе было радостно от того, что мы несем сюрприз — угощение братьям.
У дома мы увидели все братство во главе с отцом Пименом, занятых заготовкой грибов в стеклянные банки, а возле них целую кучу собранной добычи. Старенький послушник от матушки Ольги, вновь приехавший в скит, деловито хлопотал возле кастрюль с грибами и заодно занимался приготовлением обеда.
Мы высыпали свои грибы в общую кучу и присоединились к работающим ребятам. Они очищали грибы и промывали их в воде. Присмотревшись к собранным груздям, я увидел, что это были очень старые пожелтевшие грибы, из которых торчало множество червей, словно щетина в платяной щетке. Такие же червивые грибы варились для нас в котле на обед.
— Отец Пимен, ты как хочешь, а я грибы с червями есть не стану!
Собрание работающих прекратило чистить грибы и стало прислушиваться.
Похоже, эта тема обсуждалась перед нашим приходом.
— Отец, ты совершенно неправ! Этим делом занимается опытный послушник. Он только что доказал мне, что такие грибы есть можно!
— Зачем же их есть, когда вокруг полно молодых грибов?
— Для экономии! Ты сам рассуди: грибы — это трава, черви едят грибы, значит, черви — тоже трава! — взялся объяснять архимандрит.
— Это послушник так сказал?
— Да, послушник. И очень убедительно!
— Выходит, если лошади едят траву, значит, они тоже — трава? Извини, отец Пимен, лучше давай выбросим старые грибы и соберем новые!
Меня поддержали все остальные.
Послушник потихоньку ретировался в дом. Начальник скита нахмурил бровь, но все же благословил выбросить все старые и червивые грибы.
Когда мы остались наедине, чтобы разрядить напряжение, я обратился к отцу Пимену:
— Отче, прости, что я отказался есть обед с червями! Не у всех такие крепкие желудки, как у этого послушника.
