Тяжесть его рук, ног и туловища высасывала жизнь. Сознание вернулось: будто его тело знало, что грядет последний вздох, и проснулось в надежде, что мозг сможет помочь. «Жалкая попытка спастись», — подумал он.
Дева правая, должен ли он чувствовать боль? Он гадал, не плеснули ли в него водой, ведь кожа была влажной. Потом он почувствовал, как что-то густое стекает ему на глаза. Кровь. Он был покрыт собственной кровью.
И что это был за шум возле него? Мечи? Борьба?"
"Продолжая задыхаться, он все же поднял глаза — на долю секунды удушье покинуло его.
Море. Он видел безбрежное море. На мгновение его охватила радость… а потом зрение пропало из-за нехватки воздуха. Веки его дрогнули, и он обмяк, почувствовав радость от того, что перед смертью увидел океан. Он спросил себя: будет ли похоже Забвение на этот широкий горизонт, на эту бескрайнюю ширь, незнакомую и родную одновременно?
Как только он увидел перед собой сверкавший белый свет, давление на горло пропало, а тело кто-то грубо подхватил.
Последовали крики и судорожные движения, затем тряска, которая внезапно оборвалась. Тем временем агония расцвела внутри него, врезаясь в кости, обрушиваясь тупыми ударами боли.
Два выстрела. Хрипы боли, вырвавшиеся не из его глотки. Потом крик — и порыв ветра за спиной. Падение… он был в воздухе, летел…
Боже, океан. Паника охватила его. Соль…
Он почувствовал твердую морскую гладь за секунду до того, как ощущение воды, соприкоснувшейся с его рваной кожей, перегрузило мозг.
Он потерял сознание.
Снова придя в себя, он почувствовал, что тело его превратилось в пустой мешок, наполненной болью. Он смутно осознал, что с одной стороны шел холод, с другой — тепло. Он попробовал повернуться. Сделав это, понял, что источник тепла передвинулся вместе с ним… Он был в объятиях. В объятьях мужчины.
Раб отодвинулся от твердого тела и пополз по земле. Затуманенное зрение показало дорогу, выдернув из мрака валун, за которым он мог укрыться. Приютившись за ним, он с трудом дышал, чувствуя аромат соленого океана и отвратительную вонь гниющей рыбы.
И еще один запах… с металлическим привкусом. Резкий, острый…
Он выглянул из-за валуна. Хотя глаза его были слабы, он смог разглядеть мужчину, пришедшего в темницу вместе с Госпожой. Воин сидел у стены, длинные волосы свисали на широкие плечи. Одежда его была порвана, в желтых глазах светилась печаль.
«Вот он, другой запах», — подумал раб. Так пахла грусть этого мужчины.
