– Но всё-таки как это ужасно! Она ведь совсем ребёнок… И такое серьёзное решение… Милая, сколько вам? По виду не дашь и семнадцати…
– Мне двадцать, сударыня, – почтительно склонила я голову. И добавила, вживаясь в новый образ. – Я мечтала о служении с детства. Храни вас всех Пресветлая Сёрвика, указывающая нам путь.
– Подозреваю, Эстель всё равно предпочтёт сегодня отсидеться в уголке со священной книгой. Алоиза, я прошу вас позаботиться, чтобы ей не мешали… Так ведь, дорогая кузина? – с напором произнёс Эрланн.
Неплохое прикрытие. Под видом благонравного чтения работать мне будет очень легко. Сиди себе в сторонке, уткнувшись в книгу, и слушай.
– Вы очень заботливы, дорогой кузен, – скромно подтвердила я.
– В таком случае, Крис, я составлю нашей Эстель компанию, – тут же вызвался Стордаль, цепляя мою вторую руку. – Здешние дамы жаждут с тобой познакомиться, а от меня, думаю, они уже порядком устали. К тому же я единственный мужчина, чьё общество никак не скомпрометирует кузину на избранном ею пути благочестия – мы ведь родственники…
Стордаль уставился на Эрланна с такой наглой и уверенной ухмылкой, что я окончательно убедилась – в сегодняшнем сценарии второго брата не планировалось.
У Эрланна заходили желваки, но он выдавил из себя скупую улыбку, кивнул и позволил хозяйке увлечь себя в гущу гостей.
Фрея Арвен уже успела что-то шепнуть гостям: те коротко бросали на меня удивлённый взгляд, но тут же утрачивали интерес. Ещё бы, будущая послушница Сёрвики – что может быть скучнее? Культ этой богини признавал только добровольное отречение, любое давление извне исключалось.
Такой расклад был мне на руку, если бы в уравнение не вмешалась ещё одна переменная… Как мне себя вести в присутствии его брата? Играть дальше эту дурацкую роль псевдокузины?
– Вы не перестаёте меня удивлять, – шепнул Стордаль, усаживая меня у открытого окна.
– Простите, не понимаю, о чём вы.
– Вы же не станете отрицать, что именно вас я видел сегодня в кофейне в очень интересном образе? И пару дней назад тоже.
Так кто вы, прекрасная незнакомка?
Я уткнулась в раскрытую наугад книгу. Широкие поля, в переплёте спрятан карандашик. Это Эрланн хорошо придумал; если я стану записывать по своей привычке всё, что услышу, то подозрений это не вызовет. Почти у каждого верующего личное писание испещрено пометками.
– Вы молчите… Так во что вас впутал мой желчный братец, Эстель? Вы позволите вас так называть? Вам действительно идёт это имя.
