Желание помочь — благородно, но не надо стараться быть удобной. Хотя я понимаю, что нет ничего плохого в том, чтобы поужинать компанией в ресторане. А что вместо него увезут черт знает куда — от тебя не зависело. Я ведь тоже даже представить не могла, что Багиров окажется мерзавцем. Он основной спонсор… — Кириянова снова берется за голову.
— Все так плохо? — осторожно спрашиваю я.
Потому что вижу, что Эльвира из-за всего этого попала в какую-то непростую ситуацию. Она бледная, растерянная… Я впервые вижу эту бизнес-леди, настоящую акулу такой.
Это настолько непривычно, что мне становится страшно.
И почему-то кажется, что все сейчас зависит от меня.
— Ты имеешь право заявить в полицию на попытку изнасилования.
— Но…
— Ты не должна быть удобной и терпеть, спускать такое, Рит, — напоминает Кириянова. — Учись ставить себя, свою безопасность, свою жизнь, свои интересы на первое место. Каким бы ни был трудным выбор.
У меня ком в горле встал. Кириянова на минутку показалась мне слабой, но нет. Она сильная.
Только сильный человек поставит на кон свой бизнес ради того, чтобы какая-то модель защитила себя. Я была ей безмерно благодарна.
Все, что я сейчас собой представляю, все, что у меня есть — все это для меня сделала Эльвира.
— Я просто не хочу его больше видеть.
— Я не могу запретить спонсору посещать показы, — горько улыбается Эльвира. — И контракт с ним не могу расторгнуть еще три года… — Она вдруг задумывается и через минуту говорит: — Все что я могу — перевести тебя на эти три года на портретную съемку…
Кириянова смотрит на меня.
А я понимаю ее немой вопрос. Я стала лицом Модного дома, оно — мое лицо — на всех билбордах в нашем городе и за его пределами. Я зарабатываю больше остальных моделей Модного дома Эльвиры Кирияновой. А быть просто портретной моделью — это зарабатывать в пять раз меньше.
Может быть, я еще не привыкла к большим деньгам, и воплощение своих планов придется отложить минимум на три года, но сейчас я испытываю только облегчение и благодарность.
— Я согласна.
Кириянова молчит, смотря на меня немного изумленно, берет ручку и стикер, пишет число, выражающее ту сумму, что я сейчас зарабатываю. Потом вычёркивает последние цифры и поворачивает ко мне:
— Ты это понимаешь?
— Да, — киваю я. — Меня эта сумма устраивает.
— А твоя новая квартира? Ты представляешь, сколько десятилетий придется за нее выплачивать? Рита, я не могу ждать так долго. Это уже не покупка на взаимовыгодных условиях, а подарок.
