В моем гребаном доме!
– Это случайность, почему до тебя никак это не дойдет?!
– А то, что вы с ним трахнулись, пока я раздумывал над тем, как добиться твоего прощения, тоже случайность? Думаешь, я не знаю об этом? – Он тяжело дышал, мышцы его лица напряглись. Фостер выглядел так воинственно, но вместе с тем, чертовски уязвимо.
Погодите…
– Что?
– Ты позволила Мейсону трахнуть себя сразу после того…, – начал он, но сам себя оборвал на полуслове. – Неважно, я не собирался вообще поднимать эту тему снова, я просто хотел забыть это дерьмо и двигаться дальше! Я думал, наш первый раз был для тебя таким же особенным, как и для меня.
Мое сердце подпрыгнуло, больно ударяясь о ребра. Его голос был наполнен печалью.
– Ты давно не был девственником, Джефри.
– Это был первый раз для меня в совершенно ином понимании. Ведь до этого мне не приходилось испытывать нечто подобное, когда тело плавится от одной лишь мысли, что рядом со мной особенная девушка, – сказал он, присаживаясь на край стола и отводя взгляд в сторону.
Всего на мгновение Фостер погряз в воспоминаниях. Но очень быстро появился тот самый жестокий и мстительный ублюдок, которого я всегда ненавидела. Джефри встал и подошел ко мне. – Но должно быть, этот момент был особенным только для меня, потому что для тебя, Барбара, не было ничего особенного, если ты так легко легла под моего брата, а после вышла из его комнаты и ухмылялась мне в лицо.
Звук удара, прокатившийся по кабинету, наконец заставил его замолкнуть. Я чувствовала покалывание на ладони и с наслаждением наблюдала за тем, как краснеет вторая щека Джефри.
И этого он тоже не ожидал.
Органы в моем животе скрутило в узел. Я думала, что ненависть сжигает меня, но нет, это была похоть. И я увидела в его глазах то же, что испытывала сама: желание убивать и потребность в сексе.
Его длинные сильные пальцы сомкнулись на моей шее и сжали ее, а затем Фостер обрушился на мои губы в ожесточенном поцелуе. Я не успевала хватать воздух, он не давал мне и шанса на спасение, медленно уничтожая меня каждым движением губ, зубов и языка.
– Значит, купил меня, словно домашнего питомца? – прошипела я в поцелуй, запуская одну руку в его волосы и с силой оттягивая их, а другой дерзко сжимая его твердеющий член. Его ладони огладили мою талию, а затем сжали мою задницу, заставляя меня поморщиться от боли.
– А ты трахнулась с моим братом, – прошипел он, развязывая пояс моего халата и сбрасывая с меня мокрый шелк.
