Писк, сорвавшийся с ее губ сразу после того, как мои пальцы коснулись ее живота, перевернул каждую гребаную клетку в моем теле. Стоя на коленях, между ее расставленных ног, я примкнул к искусанным губам, утягивая ее в сладкий, воспламеняющий поцелуй.
Невесомо касаясь ее ребер, я медленно продвигался выше, и когда наконец накрыл ее полные груди ладонями, едва не застонал.
Дьявол! Это непередаваемое ощущение, по которому я скучал все эти годы. Ее грудь была тяжелой и большой, но идеально подходила под размер моих ладоней.
Еще одно подтверждение, что мы были созданы друг для друга.
Барбара обхватила мое лицо ладонями, простым касанием порождая щекочущее чувство, волной прокатившееся по моим венам и опустившееся вниз. Мое дыхание учащалось, а яйца налились свинцом, и я уже не понимал, кто кого пытался распалить. Казалось, первым сгорю именно я.
– Джефри, мы не можем, – пробормотала она, разрывая поцелуй, мгновенно вызывая во мне чувство потери. Я снова приник к ее губам, чувствуя в этой девушке свое спасение.
– Подожди, ты не слышишь меня? – Я слышал, но не хотел слушать, потянул за края кофты на ней и резко стянул вещь через ее голову. Светлые волосы рассыпались по ее плечам и спине. Барбара пискнула от неожиданности, мгновенно прикрывая руками полные груди и розовые торчащие соски, тем самым лишая меня самого великолепного зрелища на этой обреченной на смерть планете.
– Да почему, черт возьми? – возмутился я, проводя языком по нижней губе.
– Мейсон в доме.
– Нет, трахает очередную цыпочку после того как слизал с ее живота дорожку из соли и сока лайма, – фыркнул я.
– Но я видела его, он совершенно точно дома.
Мой взгляд метался от одного ее глаза к другому.
– И почему это нас волнует?
– Он может увидеть то, что не следует.
– Хочешь, чтобы я выколол ему глаза? Я могу, конечно, но тогда он точно не сможет играть в бейсбол. – Ее вытянувшееся лицо и отсутствие улыбки говорили о том, что она не хотела видеть Мейсона без глаз.
– Ладно, его точно нет дома, потому что я видел, как он уезжал.
В ее глазах промелькнуло недоверие.
– Обманываешь меня?
– Нет. Днем он играл в гольф с какими-то старыми друзьями и Леви Джонсоном, а затем приехал домой, переоделся и отправился в клуб. – И последнее я услышал, когда шел мимо кухни к домашнему кинотеатру, где уже сидела Барбара.
– Он Джексон, а не Джонсон, – поправила меня Эванс.
