– Послушай меня, я не буду повторять дважды. Тебе не стоит поощрять похотливых ублюдков вроде Кита Роджерса и Дика21 Картера, пока они думают лишь о том, как скинуть с тебя это платье.
– Он Даг, и скажи мне, Джефри, почему это я должна слушать тебя, м? Разве тебе интересна моя персона? – В ее голосе плескался яд, она наслаждалась тем, что теперь мои же собственные слова вызывали во мне чувство вины, она видела это в моих глазах, слышала в моем голосе и чувствовала на каком-то совершенно невидимом уровне.
Она никогда не сделает это первой, она ни в чем не признается, Барбара может продолжать эту игру вечность.
Мое горло будто сжали колючей проволокой, эту тяжесть невозможно было больше выносить. Между тем, чтобы продолжить игру или сдаться, я выбрал то, чего хотел с того самого дня, когда Эванс появилась на пороге моего дома. И хочу сказать, что поражение еще никогда не ощущалось слаще.
Я потерся носом о ее теплое покрасневшее плечо, втягивая воздух так, словно этот вдох был моим последним.
Она пахла солнцем, она пахла страстью, она пахла моей жизнью.
– Что ты, блять, хочешь услышать? Что мне не все равно? Что у меня есть к тебе чувства? Что я думаю о тебе каждую свободную минуту, а каждую несвободную минуту пытаюсь отогнать мысли о тебе, чтобы хоть ненадолго заняться работой? – Я поднялся маленькими поцелуями по ее плечу и прижался губами к шее, чувствуя, как ее тело охватывает дрожь, а дыхание становится глубже и резче. Рукой я обвил тонкую талию, прижимая Эванс к себе так сильно, что легко мог сдавить все ее органы.
– Что хочу снять на видео твою улыбку и просматривать эту запись часами? – Она сжала руки в кулаки, опираясь на деревянные панели и вдруг всхлипнула. Я мгновенно прижался губами к ее раскрасневшейся щеке. – Что мечтаю пройтись по каждому сантиметру твоего тела губами, а потом снова и снова, пока твоя кожа не онемеет от моих поцелуев? Что все эти годы я не мог оставить тебя, оставить нас и жить дальше? Что в своей голове сотни раз рисовал иные сценарии наших отношений, где я не совершаю ошибку, и мы не расстаемся? – Мои губы коснулись ее уха, и я перешел на шепот.
– Что ты хочешь услышать, моя дорогая Барби? Что ты единственная девушка, ради которой я поставил бы весь мир на колени?
– Но ты, ты… – Она никак не могла связно высказать то, что хотела. Ее слова прерывались всхлипами, по щекам текли слезы. Она зажмурилась и тихо плакала, пока я обнимал ее.
