– А вы ей…? – спросил доктор – высокий и худой мужчина лет сорока с причудливой стрижкой.
– Мы помолвлены.
Он кивнул.
– Мы расположили ее в палате, потребуется остаться на ночь, чтобы сделать кое-какие тесты.
– Вы сказали с ней все хорошо, зачем ей оставаться? – Я растерял все самообладание и напирал на доктора, словно это он был виноват во всем этом. Но он не был. Она чуть не умерла из-за меня. Потому что я затеял эту жалкую игру, потому что я заставил ее идти со мной, потому что я поддался собственным демонам и не уберег ее от этого мира.
Я не обратил внимания на ее слова, а она сказала, что пирожные передали от меня, кто-то подсунул их ей специально, кто-то хотел ее смерти, но кто?
Под моим воинственным взглядом доктор сжался."
"– Нужно проверить работу ее мозга, дыхание было затруднено и это могло сказаться на некоторых органах, к тому же сейчас у нее низкое давление, – пояснил он, порождая во мне еще больше тревоги. – Есть еще один момент, она сказала, что у нее нет страховки, – красноречиво поглядывая на часы, обернутые вокруг моего запястья, сказал он.
– С деньгами проблем не будет, – фыркнул я, приближаясь к нему, заставляя того пятиться назад, – сделай так, чтобы каждый ее орган работал лучше, чем до этого приступа, и тогда помимо щедрой дотации ваша больница получит еще одно крыло.
Когда все формальности были улажены, меня проводили к ее палате. Она выглядела болезненно. Краснота сошла с ее лица и щеки стали бледными, а вот отек уходил медленно, и это пугало меня. Она лежала, прикрыв глаза, ее волосы были растрепаны, никакой прически не было, как и платья, только больничный комплект.
Стоило мне приблизиться к ней, она распахнула глаза и взглянула на меня. Ее брови нахмурились, но она ничего не сказала. Я нервно сглотнул и придвинулся к ней ближе, не смог удержаться, наклонился и прислонился к ее лбу губами. Ее кожа была прохладной и влажной. Она не отталкивала меня, но продолжала молчать, а я не мог больше выносить этой тишины между нами.
– Ты так сильно напугала меня, – пробормотал я, прислоняясь щекой к ее лбу и опуская одну свою дрожащую ладонь на ее лицо.
– Не трогай меня, – тихо сказала она, заставляя меня отстраниться. И когда я поймал ее взгляд, почувствовал, как мою грудь пронзает нестерпимой болью. Ее глаза были полны ненависти, непонимания и страха. – Ты передал мне эти пирожные. Когда официант сказал твое имя, я даже не додумалась спросить у него о составе. Почему-то я не думала, что ты способен на такое.
