— Ты чё, тётя, снайпер, что ли? Так метко швыряешь! Ой, какой там снайпер… Баскетболистка, во! Или кто ещё так кидает… Я хэзэ…
— Помолчи, — оборвал его дед Ефим. — Как всегда, ерунду мелешь. Случайно так получилось, и ничего особенного.
— Случайно, — повторила Евгения и чуть заметно кивнула.
Лицо её оставалось безучастным, каменным, будто она всё ещё жила в своём молчаливом мире. В мире горя.
Но я заметил. В её глазах мелькнул странный блеск, короткий, но явный и колкий.
И, чёрт возьми, я готов был поклясться — ампулу она кинула левой рукой!
Глава 9
Прошло ещё два дня нашего заключения.
Всё то же самое, одно и то же, как в «Дне сурка». Только разве что кормёжка изменилась. Теперь еду приносили три раза в день — и пожирнее, чем раньше. Появилась картошка, тушёнки чуть больше, иногда даже кольца морковки плавали в мутном вареве. Народ чуть оживился, даже лица посветлели. Но всё-таки до веселья было далеко. Наоборот, тревога только крепче засела в душе каждого. Раз уж эти черти пошли на такие щедрости, значит, готовят нас к чему-то серьёзному.
Мажорчик по-прежнему жил своей жизнью. Был злой и ершистый, шипел на нас, будто все виноваты в его бедах, вываливал свои угрозы: «Вот выберусь отсюда — всем припомню, особенно тебе… и тебе…» Никто всерьез его уже не воспринимал. Все уже привыкли к его огрызательствам, как к писку комара над ухом, и особо не обращали внимания. Доставал, но не смертельно. Хотя дед Ефим, бывало, не выдерживал и осаживал его каким-нибудь крепким словцом из своего пенсионерского арсенала.
Да я иногда прописывал Костечке очередную оплеуху.
Сам Ефим за эти дни стал своего рода летописцем нашего плена. Где-то раздобыл кусок уголька, может, от печной золы с прежних времен осталось или ещё откуда, и каждый день делал на стене черточку. Календарь свой вёл. Считал дни, бурчал под нос: «Вот ужо скоро морозы ночные ударят, тогда без печки в бараке всем туго придётся… зубы на полку сложим».
Его слушали молча, понимая, что старик дело говорит. По ночам и так холод уже, бывало, пробирал до костей, а дальше будет хуже.
Но все надеялись свалить отсюда еще до морозов. Надеялись они, в основном, на меня, видели во мне лидера. И я сам неотступно думал: нельзя подвести людей, они мне верят.
Хотя, возможно, есть те, кто и не верит в спасение. Но каждый понимал, что долго нас здесь держать не будут. Уже скоро настанет час икс.
Ворон тоже не терял времени. Этот бычара хоть и казался пустоголовым на первый взгляд, но смекалка у него была.
