Я не смогла издать ни звука, снова покраснев как лепесток мака.
Разве это кровать? Это поле для гольфа какое-то…
— Быстро укладываемся, — скомандовал Арсанов, не скрывая самодовольной улыбки.
Возможно, он планировал другую расстановку, но на мое счастье дети улеглись между нами. Я лечь не решалась, села на край кровати и оперлась на локоть.
— Полежалки, Полинка, а не посиделки, — повернулся ко мне Тимур со смеющимися глазами.
Сопротивляться ему было невозможно, пришлось лечь. В итоге дети уснули в спальне Арсанова, и он потом разносил их по комнатам.
А меня потянул на прогулку, и мы опять целовались в беседке.
— Ты меня только долго не динамь, Полечка, — губы Тимура выписывали на моей шее одному ему известные узоры. — Я ведь почти женатый мужчина, а догадайся, чем приходится заниматься по вечерам.
— Тимур… — я не успевала отвечать, потому что мои губы сминались требовательными, крепкими губами Арсанова. Я понимала, что он шутит…
…Или нет?
Но целоваться мне с ним нравилось.
Сегодня, прощаясь, он притянул меня к себе и сказал вполголоса:
— Я вернусь, и мы перестаем прятаться, Полина.
Как хочешь. И ты выходишь за меня замуж, иначе я не успею усыновить Бодьку. А я ему обещал.
Я полдня прокручиваю в голове эти слова, и каждый раз внутри сладко замирает от предвкушения.
В окно вижу, как в ворота въезжает машина.
— Это бабушка приехала! — радостно кричит Соня и бежит к двери. — Бодь, пойдем, я тебя познакомлю. Она у меня классная!
Из машины выходят две женщины. Одна постарше, наверное, это и есть мать Тимура.
А кто вторая? Молодая женщина рядом с ней слишком ухожена, чтобы можно было так сразу определить ее возраст.
Они поднимаются по ступенькам к входной двери, я иду им навстречу. Богдан в нерешительности останавливается на полпути к выходу.
Выходим на крыльцо. Соня бросается на шею матери Тимура — теперь особенно хорошо видно, на кого похож Арсанов.
— Здравствуйте, меня зовут Полина, — говорю как можно более приветливее, не забывая улыбаться.
Неожиданно ловлю на себе странный взгляд спутницы Арсановой.
Настораживаюсь."
"Она выглядит испуганной. Да что там, судя по расширенным зрачкам и распахнутым глазам, она в ужасе. Как будто увидела привидение.
* * *— Сонечка, малышка, папа сказал, что ты заболела. Мы с дедушкой так волновались! — мать Тимура тискает девочку, а та жмется к ней и болтает без умолку.
— Я уже выздоровела, ба, честно! И температуры нет, вот попробуй, — Соня тянет ее руку и прикладывает к своему лбу.
