Еще чрезмерной мощью и черным, влекущим пороком. А так же яростью.
Нет, он не практически бог. Он практически дьявол.
Смотря в его серые, жуткие глаза, я старалась выровнять дыхание и вместе с этим произнесла:
— Я хочу разорвать нашу истинность.
На этом моменте решила, что хватит этих гляделок. Опустила голову и развернулась, намереваясь обойти Арона. Было огромное желание вообще оказаться как можно дальше от оборотня, но тут же ощутила, как мою шею сжала массивная ладонь и развернула обратно к парню.
— Не разорвешь, — сказано жестко. Его дыхание обожгло ухо и уже в следующий момент губы Арона оказались на моих. В этом поцелуе не было ни грамма нежности или ласки. Сплошное безумие и злость. Моя и его. Сплеталась и опаляла. Взрывала сознание. И уже в этот раз было не так, как раньше. Одно его касание, а мне уже начинало казаться, что я вот-вот сгорю. Но я этого не хотела. Начала вырываться и кулаками бить в его торс.
Я не понимала Арона. Разве он не осознавал насколько все плохо? Судьба, дав нам истинность, утвердила то, что мы не сможем быть с другими, точно так же, как невозможны дети вне этой пары.
Судьба лишила нас права выбора. Разве его это устраивало? Одно дело, когда он просто хотел от меня близости. Другое дело истинность, сковывающая на всю жизнь. У меня вот был мужчина, которого я любила. Это мой учитель. Я же его любила? Да? Почему-то при этих мыслях уже не ощущала прежнего трепета, но списывала это на нервы. Тем не менее, любовь к Эдергару это мой выбор, как девушки.
Свободной девушки. И как же горько, что у меня отбирали свободу. Король своим приказом выйти замуж за Дрейка. И судьба, этой навязанной истинностью. И я хотела все это объяснить Арону. Сказать, что мы не обязаны быть друг с другом.
— Подожди, — прерывисто прошептала в его губы. – У меня есть тот, кого я люблю и эта истинность…"
"Арон не дал мне договорить. Вновь накрыл мои губы своими в грубом поцелуе и, сильнее сжав мою шею, сорвал с меня полотенце, из-за чего оно полетело вниз, в одно мгновение оголяя мое тело, по которому тут же ощутимо скользнула его рука.
По бедрам, пояснице, спине и груди. Каждое прикосновение будто бы утверждало «моя».
Арон отпустил меня, но я не успела отстраниться. Его ладони легли на мою попу. Сильно сжали и притянули ближе к оборотню. Я шумно выдохнула и вместе с воздухом, с моих губ сорвался стон, который я не смогла остановить.
— Не трогай… — не договорила.
