Волшебство и счастье от Арона. Прямо чувствую, как мне повезло.
— Когда мы случайно коснулись губами, метка начала проявляться. После того, как меня поцеловал Брант – метка проявилась полностью, — договорила, после чего нахмурилась и сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться, но, несмотря на это в груди все так и пылало.
Я кратко все рассказала Арону, но внутренний голос настойчиво нашептывал, что я зря это сделала. Ведь у меня возникало ощущение, что сейчас шла оборотню на встречу, рассказывая о том, что так сильно хотела скрыть.
А само это ощущение вызывало у меня сильное, буквально удушающее отторжение. Нет, я не хотела, чтобы между нами был хотя бы намек на сближение, но здравым разумом понимала, что уже сейчас убегать некуда. Нам следовало поговорить. Сама виновата, что так нелепо попалась.
— Почему не рассказала? – в полумраке комнаты его глаза полыхнули. Арон пошел в мою сторону и от его приближения у меня нервы натянулись, словно струны.
— Потому, что ненавижу тебя. Такого истинного, как ты, я даже Релив не пожелаю… Ладно, ей пожелаю, — раз уже начала с честности, так решила с ней и продолжать.
– И у меня действительно есть будущий муж, с которым уже назначена свадьба.
— Ты можешь быть только со своим истинным, — Арон подобно зверю оскалился и за этими словами я узнала собственную фразу, которую говорила ему ранее. — Сама судьба предназначала тебя истинному. Даже физически ты не сможешь быть ни с кем другим.
— Замолчи, — я до жути покраснела, вспоминая, сколько всего про своего истинного говорила Арону ранее.
Сейчас мне было стыдно. Очень стыдно.
— Хочешь отказаться от собственных слов, Амели? – голос ровный, но забираясь мне в голову он будоражил панику.
— Ты говорил, что убьешь моего истинного. Так, давай. Принимайся за дело. Или ты хочешь отказаться от собственных слов, Арон? – я съязвила.
Оборотень подошел слишком близко и уже теперь нас разделяли считанные сантиметры. Я не стала отходить. Хотела показать, что его не боюсь, но на самом деле знала, что просто отходить некуда – за спиной стена.
Поэтому я просто подняла голову, желая смотреть в лицо возвышающегося надо мной Арона и с трудом удержалась, чтобы не отвести взгляд.
В комнате все еще царил полумрак, но мне казалось, что вокруг нас пылали молнии. Страшные и опасные. Такие, что без труда могли сжечь дотла. И среди этого безумия, сквозь цветочный аромат мыла, я так ясно ощущала запах Арона. Запах сигарет и безумия. Нет, он пах не только ими.
