Всё, о чем я мечтал с момента нашей встречи – заночевать с ней в одной постели, а проснувшись, разбудить своим стояком.
– Так что ты собирался рассказать? – спортсменка перегнулась через стол, наполняя тело всплеском энергии. Она была первой девушкой, с которой я просто разговаривал уже два часа подряд, и, надо сказать, получал от этого не меньшее удовольствие, чем от глубокого минета. Вот черт! Прировняв болтовню с Ассоль к оральным ласкам, вдруг понял, что потерял голову. Да, я по-настоящему ей увлекся, и мог без труда продержаться без секса до конца недели.
Вообще легко. – Почему ты молчишь и улыбаешься? – подперев щеки кулачками, не унималась настырная соседка.
– Так уж и быть, приоткрою пенаты своей царской души.
– Какая честь! – собеседница закатила глаза, вынуждая меня вновь улыбнуться: не мог реагировать на её недовольство иначе."
"– Я с детства рос в тени своего старшего брата. Разумеется, Рус не виноват, что схватывал всё на лету и в пять лет уже стал чемпионом по конному спорту.
Так же он не виноват, что все женщины от нуля до шестидесяти сперва западали на него, а потом уже, если Руслан отправлял фанатку в долгий пеший, переключались на неудачника с дебильным именем Гвидон… – После первой дозы моих откровений брови Ассоль поползли вверх. – В двенадцать меня настигла угревая болезнь. Вся рожа покрылась отвратительными прыщами, не мог смотреть на себя без отвращения. Именно тогда я и подсел на фильмы с Джимом Керри.
Умение отшучиваться в любой непонятной ситуации спасло мне жизнь. Тогда всё и завертелось: прошел отбор в школьную команду КВН. Мы с парнями довольно быстро завоевали любовь зрителей. Ну, а к шестнадцати я вытянулся на две головы, «отцвел» и в одночасье стал любимчиком девчонок, – глубоко вздохнув, провел подушечкой пальца по нижней губе.
– И что в этой истории такого шокирующего? – Ассоль прищурилась.
Вот всё ей не так!
– Значит, ты не смогла вычленить суть? – серьезно свел брови, глядя на нее, как ботан с усиками.
– Боже, нет! Разжуй, пожалуйся! – Соля скорчила гримасу.
– Знаешь, несколько рублевских мадам постоянно обзывали меня прыщавым червяком. Однажды вместо того чтобы отвернуться и убежать, я снял трусы, наглядно продемонстрировав, куда им надо идти.
– И они уяснили?! – в глазах собеседницы зажегся дьявольский огонек.
– Еще бы. Через пару лет я трахнул их обеих.
– О-о… – Соля округлила губы.
– Ага.
