— Я на низком старте, держись…
Перед глазами заплясали алые пятна. Он двигался всюду, был во мне, ласкал требовательно, трахал, выжимал, брал меня уверенно. Ноги подкосились в момент оргазма, и я, до сих пор державшаяся рукой за дверцу кухонного шкафа, буквально повисла на нем всем своим весом, кончая.
Тело выгибалось еще больше навстречу движениям Волкова.
Его взрыв и приход к пику удовольствия я ощутила всей своей киской, мгновенно переполнившейся его спермой. Он надавил и замер безумно глубоко, как будто нанизал меня на острый, длинный шампур, и я билась в экстазе, билась, пока вдруг…
Раздался какой-то ужасный треск, грохот.
— Аааааа!
Я бы не успела отскочить!
Но Волков был проворнее и шагнул назад, утягивая меня за собой. В тот же миг верхняя часть кухонного шкафа рухнула. Просто рухнула, а у меня в руках осталась только его небольшая дверца.
Стоял ужасный грохот. Ведь там, где один, там и второй упал!
Прямиком на мою плиту и сковороду с макаронами, которые уже просто уверенно горели и только не дымились!
Треск, грохот.
Звон битой посуды…
— Ааа… Мои тарелки! Мои кружки… Мои… О ужас! И ужин… Ужин сгорел!
Волков за моей спиной обнял меня крепче и поцеловал в мокрую шею.
— Даже если бы не сгорел, то расплющило бы.
— Моя посуда! — всхлипнула я. — Мой кухонный гарнитур.
— Да он на засохших соплях и одном честном слове держался, ну. Не расстраивайся! Это повод обновить кухню.
Волков обошел меня, качнул ногой дверцу, оттуда посыпались битые тарелки.
— Глянь, одна уцелела! — показал мне.
— Давай.
— Что?
Я вытирала слезы. Моей кухне пришла хана! Вот что творится, а!
— Давай вместе разобьем, — предложил Волк. — На счастье!
— И что дальше? Традицию заведем?
— Ну, а что? — пожал широченными плечами. — У меня семьи не было, у тебя в семье… даже не знаю… Есть ли достойные традиции?
Я отмахнулась, не желая думать о дурном."
"— Дату запомни! — предложил Волк с азартом. — Будем хуярить в этот день посуду. В хламину разносить просто! Давай, ну…
Я рассмеялась сквозь слезы.
— Ты такой дурак, Сава!
— Сыну предложи пару тарелок разбить, он точно не откажется.
— Я даже не сомневаюсь.
— Бьем?
Я осмотрела масштабы бедствия и выдохнула.
— Ну и хрен с ним!
— Вот и правильно.
— Что я, за одну тарелку буду цепляться? Бьем!
Мы вместе швырнули тарелку об пол, было как-то по особенному весело и непривычно.
— Вот только ужина у нас нет! Извини…
Волков выключил плиту, которая упорно продолжала жарить.
— Теперь точно в душ. Одевайся, — скомандовал.
