— Это не подождет, что ли? — возмутилась для приличия.
Сама же попку назад оттопырила, будто приглашая — войди глубже, трахни, натяни…
Еще и еще!
— Это…
Волков перестал терзать мое лоно пальцами, их сменила тяжелая, большая головка члена, с чавканьем проникшая внутрь.
— Это не то, что не подождет. Это охренеть как нужно принять. Сжать… Выдоить! Срочно… — начал двигаться сразу же.
Не щадя.
С большой оттяжкой долбился в меня так резко и сильно.
Я начала покрикивать, мысленно прося прощения у соседей.
Они и так в курсе, что наша семья — не самая тихая, Волчонок иногда без устали носился, прыгал, пел, носился, как юла, с довольными воплями, гоготал по всей квартире. Теперь еще и это… Звуки секса. Крики. Шлепки. Стоны…
— Боже, на меня пожалуются. Ааааа… Сав… Сав, осторожнее, блять! — взвыла, когда он особенно жестко толкнулся. — Ты меня сейчас порвешь! — заскулила.
Но следом по телу пронесся огненный шар удовольствия, как первый предвестник приближающегося оргазма.
— Ну, что ты на жалость давишь, а Пирожочек меня просто хавает под самый корень, сжимает пиздецки.
Знаешь, как круто? — протянул с рыком. — Быть в тебе — так… Столько… Без границ… Ты самая… Моя самая… Моя…
Пальцы Волкова, сминающие задницу с двух сторону вдруг переместились. Одной рукой он начал колдовать над клитором, второй собрал немного смазки и… надавил на заднее колечко.
— Впускай, сладкая. Пора попочку в дело пустить!
— Оооо… Не сразу же! — сжалась, зная, какой у него немаленький прибор, а после длительного воздержания еще и жесткий, как камень, раскаленный прут.
— Сегодня просто начнем разрабатывать. Не думала же ты, что я настолько праведным встал? У меня на твою попку такие охеренные запросы. Ты просто встать не сможешь после того, как отжмакаешь мой хер свой тугой задницей…
Я не ожидала такого потока откровений от Волкова, смешанного с признаниями в любви и словами о том, что он хочет иметь со мной большую семью. Как в нем это уживалось, соседствуя прекрасно: жаркая похоть вкупе с горячей нежностью и искренними переживаниями за семью.
— О да… Вот так.. Добавим еще? — пророкотал возбужденно.
Я поплыла по реке экстаза. До моего обоняния донеслись запахи макарон, которые, кажется, уже не просто тушились с фаршем, но, блин, жарились! Точь-в-точь, как я, отжариваемая любимым мужчиной.
— Сав, сейчас все к чертям сгорит… — захныкала я. — Горелое есть будешь, что ли?
— Да пох… Один черт, вкуснее баланды будет! — простонал.
