Ох, наверное, Пономарев бесился!
Мне-то откуда знать, я с ним всякое общение прекратила. Я могла понять все — и честолюбие, и азарт, и желание справедливости.
Все, кроме подлости…"
"И я честно считала, что больше никогда-никогда больше не встречусь с Волковым, не услышу его голос, не увижу его, если бы не один поздний осенний вечер…
Глава 53
Глава 53
Рита
“Уважаемые жильцы! Лифт временно не работает, проводятся технические работы. Приносим извинения за неудобства!”
Приносят извинения они.
А кто принесет мои пакеты?
Вверх по лестнице, на шестой этаж.
Не удержалась, купила кое-что по мелочи для дизайна и торшер…
Боже, не тащить же это все обратно?
Заехать в новую квартиру планировала на днях, сейчас занималась тем, что обустраивала последние мелочи, придавала новому жилищу уют и тепло.
— Приносят они… — пыхтела я. — Меня бы лучше… Взяли.. Принесли и поставили! На шестой этаж. Ну что, какой там? Чтооо? Третий?! Не поверю… Боже… Это какой-то обман.
Я доползла до шестого этажа на трясущихся ногах.
Была так вымотана, что ничего не заметила. Никого не заметила.
Попросту говоря, не обратила внимания на фигуру, стоящую в конце коридора у большого окна.
Стоит кто-то с палкой и стоит, черт с ним.
Ручки пакетов уже резали ладони, пот с меня катился градом.
Я опустила пакеты на пол.
За спиной раздались шаги, постукивания трости.
Наверное, кто-то из жильцов.
Я здесь еще никого не знаю. Вот и познакомлюсь.
— Здрасьте, — пробормотала.
Внезапно с тела схлынул жар, запульсировал где-то внутри. Волчонок начал двигаться. Он всегда так активно шевелился, только ойкать и оставалось.
Ключи заплясали между пальцев. Я никак не могла попасть в замочную скважину.
Внезапно мою руку накрыла мужская ладонь — большая, смуглая.
— Здравствуй. Здравствуй, Ритуля… — хриплым голосом отозвался на ухо… Савелий Волков.
От испуга я чуть не описалась.
Вот он, мой кошмар наяву.
Пустой коридор. Я с пузом, которое лезет на лоб.
Никакой защиты.
Теперь никто за мной не приглядывал после того, как я с Даней разорвала дружбу.
Я одна.
Наедине с человеком, которого даже за решетку упечь не смогли.
Замок клацнул. Дверь открылась.
— В гости пригласишь?
Жаркое дыхание Волкова продолжало обжигать мою шею.
— Молчание — знак согласия.
А я — в ступоре. Одна рука до сих пор с ключами, вторая — на животе.
И пакеты, пакеты у ног.
Плюс торшер.
