Савелий на миг прикрыл глаза, снова пальцами едва заметно чиркнул своему по лицу, на этот раз над бровью. Пальцы потряхивало.
Лицо на миг подернулось судорогой.
— Что, голова плохо соображает, когда болит? — поинтересовалась я. — Таблетку от головной боли выпей, вдруг поможет.
— Тебя спросить забыл.
Он быстро закинулся таблетками, которые нашлись у него в кармане пиджака. Явно не анальгин от головной боли. Пакетик был помечен каким-то знаком. Из общения с Даней я вынесла кое-какую полезную информацию и поняла, что Волков подсел на какие-то таблетки.
Наверное, поэтому он выглядел — таким, словно вот-вот сорвется.
Машина вильнула, Савелий приблизился резко и сдавил горло пальцами так, что перед глазами потемнело.
— Рассказывай, как чужой хуй обрабатываешь. Рассказывай! — потребовал. — Нравится? Кайфуешь!
Вторая рука поползла мне под платье, пальцы дернули колготы, разорвав.
Его даже не останавливало, что на переднем сиденье был водитель и еще один пассажир.
Похоже, я зря рассчитывала, что Волков мной побрезгует после якобы другого мужчины.
Он шлюх пачками имел! О брезгливости речи не шло. Может быть, трахать так, как раньше, побрезгует, но поиметь, унизить и выбросить — это запросто.
— Рассказывай, подстилка! — дернул трусы в сторону, лизнул языком шею, хрипло задышал и выдохнул потрясенно. — Блять, точно легла под другого. Пахнешь иначе! По-другому…
Из-за беременности я перестала пользоваться духами совсем. Они на мне перестали раскрываться, как раньше. Запах тела стал другим, и от внимания Волкова это не ускользнуло.
Внезапно он замер.
Крупная ладонь двинулась выше. Пальцы, словно не веря, очертили твердую выпуклость животика.
— Ты… — захрипел и оттолкнул меня.
— Да-да. У нас будет ребенок, — рассмеялась я. — Тебя я желаю видеть меньше всего. Все кончено!
Волк застыл. В глазах закрутилась воронка шока и ужаса.
— Нет-нет! — быстро закачал головой.
Зрачки его расширились, стали совсем пугающими.
Огромные темные колодцы кипящей тьмы.
Мороз продрал нутро.
Жесты более хаотичные.
— Сейчас я тебя от этого избавлю, да-да… Избавлю. Рули в больничку, — хлопнул по плечу водителя. — У нас здесь экстренная операция намечается.
Я забилась в угол дальнего сиденья.
— Рожать ты не будешь. Ясно? Не будешь рожать. Вырежу из тебя гнилое отродье, отмою. Перышки тебе начистят, снова станешь моей течной сучкой. И на этот раз я тебя из поля зрения не выпущу. Вообще. Понадобится, и под замок закрою, и на цепь посажу…
Он нес пугающую чушь.
