Так меня еще никто не унижал.
Теперь я навсегда запомню этот момент и просто никогда в жизни не смогу посмотреть на Волкова, как на сексапильного мужика.
После такого я вообще фригидной стану!
Для меня Волк теперь — это олицетворение самого стремного и унизительного, что только можно почувствовать.
Волков подтянул вверх мои трусы, но лосины натягивать не стал. Может быть, он просто уйдет?
Должна же в нем взыграть брезгливость. Пусть хотя бы отвернется, чтобы помыть руки, и я сразу же сбегу.
Вот только уходить он, кажется, не планировал.
— Отмирай, статуя, — Волков куснул меня за губу нижнюю и оттянул ее так, что она заныла.— Писю с красной начинкой, значит, сегодня не трогаем.
Уффф…
Сейчас это позорище закончится, и я просто уйду."
"Прости, Мартиша, но я не смогу, наверное, вытерпеть и достать для тебя номер Адвоката. Конечно, подружка что-то сболтнула, что ей, мол, ничего уже не надо, отбой. Но я думаю, она просто что-то напутала или задумала другое. В любом случае, Адвокат ей нужен.
Хороший. Самый лучший…
Волков мог бы дать его телефон, но я едва живая и вообще не представляю, как я еще дышу! Не смогу… Нет-нет! Это чересчур…
Слишком беспардонный друг у Георгия Декабрина.
У него нет ориентиров и границ — ни моральных, ни нравственных, ни даже чувства брезгливости или отвращения.
— Но…
Сердце чуть не лопнуло от этого короткого, но емкого и хлесткого “но”.
Он не просто сказал, он еще языком щелкнул звонко.
Почему-то я решила, что Волк — хороший наездник.
Память быстро подсунула под лучи воображения его фото, которая видела в сети — полуголый Волк сидел на стуле, широко расставив ноги и смотрел прямо в экран, спрятав часть лица за локтем.
Казалось бы ничего особенного, но как он сидел…
Верхом…
Он смотрел, как будто дурную лошадь объезжал, укрощая…
Меня проняло.
Снова.
В животе завибрировали струны желаний.
От удивления я даже глаза открыла.
Вот уж чего не ожидала. Думала, все, сдохла моя женственность от таких провокационных и постыдных действий.
Но нет… Живая! Еще как бойко голову поднимает и заставляет тело пульсировать от жара.
— Но есть же и другие варианты…
Волк повел головой из стороны в сторону, при этом мужчина не сводил с моих глаз. Теперь он напоминал змея, который гипнотизировал жертву и смотрел на нее, не мигая.
И этой жертвой… была я.
Савелий уронил обе ладони на мою талию и резко поднял их вверх, обхватив под грудью.
