Но прежде чем невольно отступила, он поймал мое лицо в ладони и будто бы не почувствовал, как все тело мгновенно превратилось в ледяное изваяние. Провел пальцами по щеке, распространяя неожиданную волну мурашек по телу и противоречие — трепет, смешанный с отрицанием, с настороженностью.
— Нет, красивая. Слишком много я вложил в тебя, чтобы кому-то отдавать, — Его взгляд прожигал, а голос звучал так пронизывающе, что жутко становилось. — Не важно, на какой бумажке стоит твоя подпись — ты принадлежишь мне. Только мне.
В моих дрожащих глазах, застыл вопрос.
— То есть вся эта свадьба…
— Да, Катя. Такова цена бронежилета, — перебил он меня, погружаясь пальцами в волосы.
Барабанные перепонки оглушил бешеный пульс. Дышать стало так тяжело, что грудь загорела огнем, а в голове — полный разнобой мыслей и ориентиров, хотя с его ответами все должно было встать на свои места!.. Сейчас рядом с Арбатовым я как никогда осознавала свой уровень во всех смыслах. Каким человеком нужно быть, чтобы принимать подобные решения? Чтобы сохранять это хладнокровие?
Именно поэтому он тот, кто он есть.
Невольно в голове закрался вопрос: насколько уже вырос мой долг перед ним?! И сколько еще я должна буду отдать, прежде чем он решит, что мы в расчете?!
Неожиданно с губ сорвался рваный выдох — спина врезалась в какое-то дерево, под внезапным наступлением Демида. Жар иголками рассыпался под кожей, дополняя вспышку паники, когда между нами не осталось даже сантиметра, а его пальцы в волосах плавно собрались в кулак.
— Теперь от тебя немногое требуется, — раздался хриплый голос над моим губами и волнующий мужской запах защекотал рецепторы.
— Будь умной девочкой и держи язык за зубами.
Я беспомощно затрясла головой, показывая, что в полной мере осознаю ответственность за эту правду. И хотя эти слова служили предупреждением, гипнотизирующая интонация уводила к иному впечатлению и путала сознание. Поэтому сердце барабанило как после забега, а все мысли словно заморозило. Я просто боялась о чем-либо думать… Но вот.
Демид не спеша отстранился и, не отпуская меня из плена своих глаз, отлепил от дерева, вынуждая следовать за собой на слабых ногах.
Не знаю, сколько еще мы бродили по лесу, но в какой-то момент я увидела знакомый каменный забор. Только Богу известно, как Демид так ловко ориентировался в этом месте. Я ведь даже не заметила, когда мы сделали крюк — настолько была отрешена и задумчива. Или же в тот момент увлеклась косулей, которую увидела среди деревьев вдалеке.
