Я тогда толкнула его кулаком в плечо и скривилась. Сейчас же, почему-то вспомнила его слова и они показались такими по-детски глупыми.
Я заняла свое место, Север сел с другой стороны.
— В Апероль, — скомандовал он водителю. — На пересечении…
— Да, я знаю. Ваш отец распорядился. Он попросил передать. — Водитель протянул запечатанный пакет, в котором оказалась черная папка.
— Благодарю. — Виктор раскрыл ее и уткнулся в бумаги. А я просто смотрела в окно и скучала. С Севером всегда сложно было вести диалог. Не сказать, что мне этого особо хотелось, но не задать самый главный вопрос я не могла.
— Зачем я тебе на этом ужине?
Не поворачиваясь, он так и продолжал рассматривать документы, лежащие на его коленях, а потом произнес:
— Лично мне ты не нужна, — кажется, будто одно только упоминание о предстоящей встрече испортило ему настроение сразу на сотню пунктов. — Твоя роль сводится к тому, чтобы изображать мебель. Поэтому и веди себя так, будто тебя здесь нет.
— Прекрасно. Мебель, — хмыкнула я. — Что ж, это действительно потрясающе глубокое объяснение очень облегчает мне задачу.
Сбоку послышался тяжелый выдох.
— Мебель молчит, — произнес Северов. — И не раздражает всех вокруг своим трепом.
«Ладно, — решила я. — Перетерпеть всего вечер». С кем бы не пришлось столкнуться, они вряд ли будут хуже моего спутника, так что я просто отмахнулась от его плохого настроения, сохраняя свое.
Через полчаса мы были на месте. Опираясь по поданную руку, я вышла из автомобиля, с удивлением рассматривая старинный дом, в котором располагался ресторан.
К входу вела лестница, так что я тут же схватилась за перила, чтобы не грохнуться на тонких каблуках. Окинув меня недовольным взглядом, Север подставил локоть.
Ах, вот оно, значит, как полагается?
Пожав плечами, мол, милый не серчай, впервые стараюсь не свалится с настолько высоких ходулей, я обхватила его рукой. Подыгрывать Северу было не так уж приятно, но растянуться, даже не попав внутрь, еще хуже. Так что, как говорится, меньшее из зол.
— Виктор, — услышала я радостный возглас, когда мы вошли. И наконец смогла рассмотреть того, кому этот голос принадлежал.
Мужчина, глубоко за шестьдесят, в шерстяном костюме в клетку, точь-в-точь как в старых фильмах, не вставая изо стола поприветствовал нас. — Все уже собрались.
— Здравствуйте, Тарон Асламович, — кивнул Север, первым протягивая руку. А я стояла рядом, старательно делая вид, что нахожусь на своем месте. — Прошу прощения, на улице пробки.
