Меня уже потрясли несколько жестких попаданий, но я пока держусь. Вижу мощный боковой слева и ныряю под него, делая шаг вперед и сближаясь по максимуму с противником. Прижимаюсь к нему и, проскальзывая за спину, выпрыгиваю вверх, выходя на удушение сзади, одновременно крепко обхватывая его корпус ногами. Он отчаянно пытается скинуть меня, не давая возможности закрыть замок на своей шее, а я еще крепче прижимаюсь к нему и изо всех сил давлю руками, преодолевая сопротивление, и все-таки закрываю замок. Я впился в противника мертвой хваткой, как бульдог в быка, и уже его не отпущу, иначе мне крышка.
Слишком много сил я сейчас вкладываю в эту попытку удушения, можно сказать, что сейчас, я пошел вабанк. Ледокол, отчаявшись стряхнуть меня, резко выпрыгивает вверх и грохается со мной назад на пол, пытаясь таким образом раздавить меня. От удара спиной о сцену у меня потемнело в глазах, тем более что мы с Ледоколом грохнулись вдвоем, и он сверху придавил меня своей огромной тушей. Но я все также продолжаю его душить, из последних сил стискивая свои руки, и помогая себе головой создать нужное давление.
Отключайся же сволочь!!! Засыпай, засыпай!!! Ледокол все еще ворочается на мне, пытаясь разорвать замок на своей шее, а я давлю, давлю, давлю. Не могу больше, но все равно давлю!!! Наконец он обмяк, но я еще держу его, не рискуя ослабить замок на его шее, второй раз я уже просто не вытяну.
— Да отпусти ты, блядь! Ты же убьешь его!"
"Слышу, как сквозь вату, кто-то буквально раздирает мои руки, срывая их с шеи потерявшего сознание Ледокола.
Я, наконец, отпускаю его и, спихнув тяжеленную тушу в сторону, сажусь и тупо смотрю в зал на беснующихся там людей. Мне сейчас все равно, я слишком устал, чтобы радоваться своей победе и своему выигрышу. Ставки против меня были один к шести, и значит, я должен получить тридцатку. Но эта мысль не приносит мне сейчас радости. Я потом подумаю об этом и обязательно порадуюсь. а сейчас мне помогают встать, и судья поднимает мою руку вверх, в ознаменование моей победы.
* * *Потом еще много чего было, но для меня как будто и не было. Меня одобрительно хлопали по спине, поздравляли. Абрамыч, приторно улыбаясь, что-то мне говорил и вручил конверт с моими призовыми. Потом меня повели к Вахтангу, который тоже мне что-то говорил, а я кивал, не понимая смысла слов. Потом он тоже дал какой-то пухлый конверт с деньгами, я даже не знаю сколько там было, потом посмотрю.
