Костя подмигнул ей, и сердце снова застучало. Улыбнулась, и не спеша направилась к Шохину. Вот только он не отпускал её взгляд, и это показалось тревожным признаком. Взяла его за руку, как только села. Поприветствовала собравшихся, даже посмеялась и поблагодарила за мнение о её новом номере, а думать могла только о руке Кости, которую сжимала. Наконец осмелилась посмотреть ему в лицо, ответила на поцелуй, когда он к ней наклонился. В его поцелуе не было ничего странного или незнакомого, даже намёка на холодность не было.
Это показалось огромным счастьем.
— Давно не виделись, красавица.
— Целых три дня.
— Да.
— Как ты съездил?
— Да нормально вроде. А ты?
Улыбнулась немного нервно.
— Не думаю, что смогла родителей успокоить.
— На то они и родители.
Костя смотрел ей в глаза и улыбался. Вот только взгляд немного пытливый, будто он ждал: скажет она в очередной раз какую-нибудь глупость или этим вечером обойдётся? Нина заставила себя в очередной раз улыбнуться и коснулась его щеки.
А позже, когда они остались наедине, Нина рискнула попросить:
— Расскажи мне о своей семье.
— О моей семье? — удивился Шохин. Они гуляли по набережной, Нина настояла на этой прогулке, вдруг испугавшись, остаться с ним один на один в квартире. А сейчас куталась в свободного покроя кардиган, держала Костю под руку, и была почти счастлива. Телефон молчал, Костя был рядом, говорил с ней и не злился. И было наплевать на испортившуюся в последние дни погоду, к тому же дождь перестал и ветер поутих.
— Ты никогда о них не говоришь.
Он пожал плечами, руки держал в карманах брюк, а смотрел на темную воду. Свет от электрических фонарей отражался в мелких лужах на асфальте, и набережная пустая, никаких тебе праздно гуляющих граждан и туристов.
— Родители живут в Волжске, лет десять назад переехали.
— Какие они?
Костя рассмеялся.
— Обычные, Нин. Родители, как родители. Отец врач, психотерапевт, в прошлом году на пенсию ушёл. Мама домохозяйка. Живут тихо, спокойно, детей воспитывают. Чего, собственно, и хотели, перебравшись в маленький городок.
— Детей воспитывают? — переспросила Нина, уцепившись за его слова. — У тебя есть младшие братья и сестры?
Костя посмотрел сначала в одну сторону, потом в другую, вышагивал неторопливо и машинально сжал руку Нины, когда та проскользнула в его карман.
— Нет. Они взяли из детдома двойняшек, брата и сестру. Им сейчас по двенадцать лет. — Кивнул.
— Хорошие ребята. Родителей радуют, это главное.
Нина помолчала, обдумывая услышанное.
