При всех его положительных качествах, он самовлюблён, чересчур уверен в себе и ненавидит, когда ему отказывают. Он не умеет проигрывать, поэтому всегда добивается своего. И Нина, признаться, не слишком хочет знать, какими методами. Он собственник, не привыкший делиться, сам об этом в открытую говорит, и, наверное, ревнив. Правда, ей это выяснить вряд ли придётся. Ревность к их договорённости никаким боком не относится. А она полная дура, потому что предпочла закрыть на всё глаза, и влюбилась в мужчину, каких прежде не встречала, и отдыхает рядом с ним душой, понимая, что что бы не случилось, Костя всё исправит и с лёгкостью.
А она понятия не имеет, что делать со своими чувствами. То ли под их грузом рухнуть к Костиным ногам, то ли попытаться придумать достойное оправдание и превратить собственное признание в ничего не значащую спонтанность.
Даже на сцене этим вечером чувствовала неловкость. Видела Шохина в зале, он сидел за столом, окружённый приятелями, они все смотрели на неё, и терпеть это сегодня было очень трудно.
Знала, что через несколько минут ей предстоит выйти в зал, и со всеми этими людьми встретиться лицом к лицу, но главное, посмотреть Шохину в глаза. Беспокоило именно то, что она в них увидит."
"Нина ослабила хватку и съехала вниз по шесту, резко, даже опасно. В последний момент выгнулась, и обхватила шест ногой. Акробатика, ей-богу. До «Тюльпана» даже не предполагала, что способна на подобную ловкость. Но её номера по-прежнему приковывали к себе внимание посетителей клуба, в зале становилось тише, как только она выходила на сцену, и этим стоило гордиться.
Она не действовала по шаблону, всегда подбирала неожиданную музыку, которую никак нельзя было связать со стриптизом, но у неё как-то получалось. Или не получалось, и стриптиз больше напоминал танцевальные номера у шеста, чего она, собственно, и добивалась.
Нина всегда верила в силу искусства, даже на возбуждённых мужиков красота действует, и можете смеяться. Вот только проникнуться не все готовы, и от масляных взглядов после, искусство её не спасает.
Зато у неё есть Костя, и она может быть уверена, что руки точно никто не протянет. Пока ещё может.
Выйдя в зал, Нина остановилась, издалека приглядываясь к Шохину. Тот не выглядел напряжённым или недовольным, пил коньяк и посмеивался над тем, что говорилось за столом.
А потом, видимо, почувствовал её взгляд, голову повернул, и на какое-то мгновение Нине показалось, что все вокруг замерло. Одна, две секунды.
