То есть они явно были самые дурные…
– Это ж надо, какое везение нежданно-негаданное! Иду себе на встречу с врагами заклятыми, милицией лукошкинской, во второй раз шапку ломать, шею гнуть, через свою гордость перешагивать… Ан, глядь-поглядь, да тут сам участковый, один на один, посреди ночи тёмной приключения себе на ягодицы ищет… Ну дык, считай, нашёл!
Я не мешал ему выговориться, пусть, понятно, что у мужика давно накипело. Пока болтает – не убьёт, факт многократно проверенный историей международной криминалистики.
Меж тем отпетый злодей сунул руку за пазуху, извлёк широкий мясницкий нож с каким-то лопатообразным лезвием и упоённо помахал им у меня перед носом:
– А ведь ты не думал, не гадал, ищейка служебная, что так расплата близка и так бесславно смерть твоя проявится. Уже небось и свадьбу с Олёнкой-бесовкой затеяли? Нешто Яга предательская тебе, щенку недоношенному, не сказала, что всяк, супротив меня идущий, долго на этом свете не жилец?
Я начал медленно, молча и осторожно отступать вдоль забора.
Звать на помощь было рискованно, а судя по тому, с какой лёгкостью Кощей размахивал здоровущим ножом, сил у него вполне хватит на трёх таких участковых, как я, и никакое самбо не поможет.
– Эх, да ты, видать, на подмогу чью надеешься? Так я тебя и тут не обрадую – Митька твой да бабка-отступница с девкой новою в избе сидят, планы на меня строют, твою милость дожидаются. Ни царя, ни стрельцов еремеевских здесь нетути, а петухам ещё спать да спать…
Мне не оставалось ничего, как продолжать плавное скольжение спиной вперёд, покуда сзади не оказался проулок, куда я, развернувшись, рванул на третьей космической скорости.
Бежал недолго, потому что быстро, и в результате едва не выломал головой дверь кузнецовой бани. Внутри была, естественно, жуткая темень, но мне удалось кое-как нащупать деревянную скамейку и попытаться прижать ею дверь. Невеликая защита, и всё равно лучше, чем ничего. Я выдохнул, привалился к скамье спиной и замер – буквально в полуметре от моего носа светились круглые зелёные глаза, и почти винни-пуховский голосок ворчливо потребовал:
– А ну пошёл вон, невежа, из моей бани!
От шока я повиновался беспрекословно.
То есть почти повиновался, но, спохватившись, столь же быстро развернулся назад и честно выдохнул:
– Не могу…"
"– Ах, так тебе помочь! – угрожающе пробасил голосок, и я почему-то сразу понял, что его обладатель сможет не только шутя выпихнуть меня наружу, но ещё и надавать по шеям в назидание.