Как только в зал вошли последние опаздывающие на собрание офицеры, дверь были заперты. Гвардейцы в ту же секунду сомкнули ряды, сосредоточив около входа основные силы.
Романов вместе с Потёмкиным молча зашагали к сцене, это и был сигнал к началу.
— Уважаемые главы родов! Братья! Коллеги! — Хань Юи поднялся со своего места, возвышаясь над залом. Его голос гулко разнёсся под потолком. — Сегодня в наш дом постучалась беда! Великая трагедия, горечь которой мы пронесём сквозь века! Священный Владыка пал от руки императора Российской Империи.
Он выдержал паузу, оглядываясь по сторонам. Зал гудел, лица генералов мрачнели, кто-то шептался с соседом.
— Он дрался как лев! — повысил голос Хань Юи. — Нет! Он дрался как настоящий дракон! — его руки дрогнули в жесте отчаяния. — Но даже он не смог одолеть врага. Да, Священный Владыка погиб, — в этот момент он заметил приближение Романова и сбавил тон, — но мы живы! Мы дышим! А значит, мы обязаны сохранить империю, во что бы то ни стало! Мы должны защитить наших жён и детей от мерзавцев, которые довели нашу империю до этой войны! Все негодяи должны заплатить кровью! Своей кровью… и кровью своих детей!
— Что это значит⁈ — генерал с пятого ряда вскочил с места, лицо его перекосило возмущение.
— Хань Юи! Кто дал тебе право так отзываться о правящих родах? Ты не забылся ли⁈
— Подобное право дал ему я, — прозвучал властный голос.
Романов, медленно поднимаясь на сцену, и снял с лица золотую маску медведя.
— Романов! — воскликнул генерал со второго ряда, узнав в нём российского императора.
— Что он здесь делает⁈ Хань Юи! Отвечай, мерзавец!
— Я пришёл сюда, — спокойно сказал Романов, и в его глазах сверкнул холодный огонь, — чтобы взглянуть на всех вас в последний раз. Мерзавцы, возомнившие себя богами! Вы хотели прибрать к рукам наши земли… Что ж, вы их получите. Каждый из вас станет обладателем своей собственной червивой ямы, которая станет вам могилой!
Он сделал шаг вперёд, и глаза его заблестели от торжества справедливости.
— Сегодня вы получите то, что заслужили! — его голос прозвучал как приговор.
— Гвардейцы! — выкрикнул Хань Юи, напрягая голос до предела. — Слушайте первый указ нового императора! Убить всех в этом зале, без исключений!
— Подонок! — пронзительный крик разорвал тишину.
— Это переворот! — закричал другой генерал, но слова утонули в хаосе.
Гвардейцы двинулись единым фронтом. Выхватив антимагические клинки и пистолеты, они начали косить всех подряд.
