Ледяные, у которых такой возможности не было, начали отступать по земле, но быстро увязли в сугробах, став лёгкой добычей.
— Уничтожить! — рявкнул Великий князь, вскинув меч и бросаясь в атаку.
— Слышал? — хищно усмехнулся Тамерлан, оборачиваясь к Вельди. — Кто прикончит меньше врагов, тот и проставляется, когда всё это закончится. — И, не дожидаясь ответа, растворился в воздухе."
"— Победа будет за мной! — оскалившись рыкнул Вельди, и бросился вперёд с яростью дикого зверя.
Противников оказалось около пяти десятков.
Они разбежались, словно стая испуганных волков. Одни метались по снегу, увязая и теряя равновесие, другие, напрягшись, уносились ввысь, надеясь прорваться к замку. Но с каждой секундой становилось яснее — выбраться не удастся никому.
Зелёный кром, которого послали вместе с отрядом выяснить, куда запропастился Ролгар, понял, что смысла беречь силы больше не было. Он высвободил чистую энергию и запылав зелёным пламенем, решил атаковать головной грузовик, напичканный магами, чтобы нанести как можно больше урона противнику.
Он понимал, что всего лишь один удар мог обернуться катастрофой для всего конвоя.
Добравшись до него, кром резко остановился напротив, и взмахнув руками, отправил вперёд две полосы ледяных шипов. Огромные острые пики высотой больше десяти метров буквально выстреливали из земли, уничтожая всё на своём пути.
— Ты не пройдёшь! — Великий князь оказался перед ним раньше, чем тот успел опустить руки.
Его огромный двуручный меч буквально впился в мёрзлую землю, и в тот же миг перед ним возникла каменная стена невероятных размеров.
Ледяные шипы врезались в неё с характерным морозным хрустом. Пики высотой с дом с треском раскалывались, замораживая камень и покрывая его ледяной коркой, но стена всё же устояла.
— Прости, командир, но голову этого фрукта я заберу себе, — холодно бросил Тамерлан. Ятаган вспыхнул чистой энергией, и он рванулся к крому, собираясь рассечь того надвое.
Но в тот же миг враг вздрогнул, застыл, треснул по швам и разлетелся на ледяные осколки.
Тамерлан с силой взмыл вверх, не понимая, что произошло, и лишь Потёмкин, стоящий на стене, довольно усмехнулся, разжимая кулак.
— Ишь, чего удумал, — хохотнул князь, обводя взглядом поле боя. — Самых сочных оставляй старшим! — Он вновь сорвался вперёд, запрыгивая на обледенелые выступы в поисках нового противника.
Схватка была короткой, но ожесточённой. Через пять минут ни один из врагов не остался в живых.
