А Леон, закончив стебаться над «сладкоголосыми пташками», махнул рукой Валле Геур.
— Господин отбора изволит объявить начало второго испытания! — провозгласила она. — И первой его пройдет леди Лиама Галхер!
Рыжеволосая невеста в белом платье вздрогнула, подобрала юбку и спустилась с подиума со своей дуэньей. Поднялась на возвышение, где сидел Леон в кресле. Поодаль расположились музыканты с инструментами.
Лиама остановилась впереди них, оказавшись сбоку от господина. Леон что-то нажал на подлокотнике, и кресло повернулось вокруг своей оси так, что он теперь сидел лицом к выступающей и боком к нам.
У кого-то из соседок вырвался вздох восхищения при взгляде на профиль наместника. Эх, ну какой же он все-таки красавчик! И почему природа наградила его столь мерзким характером?
Лиама поклонилась ему. Он с усмешкой наклонил голову в ответ. Дуэнья девушки кивнула дирижеру, тот взмахнул рукой, и музыканты заиграли.
Мелодия звучала легко и приятно. Вокал вступил через три такта. У Лиамы оказался звонкий высокий голос.
Интонировала она чистенько, текст оказался неглупым. Девушка не перебарщивала с восторгами в адрес господина, весьма адекватно, в хороших стихах расхваливала его красоту и ответственное положение наместника. Вроде и не соврала ни в чем.
У меня промелькнула мысль, что это хороший громоотвод. Вот бы отбор выиграла она, а я и Киара смогли вздохнуть свободно. Закончив, певица сорвала бурные аплодисменты. Я громко хлопала вместе со всеми, не обращая внимания на окончательно скисшие рожицы соседок.
Вслед за Лиамой пригласили Киару. Ее исполнение по сравнению с предыдущим прозвучало бесцветно и безлико — она старалась сделать его таким, но технически придраться было не к чему. Подруга нигде не сфальшивила, выдерживала милую улыбку на протяжении всего выступления. Хлопали ей не так бурно, но вполне искренне.
Следом прозвучали еще пять вполне достойных номеров. Среди них оказалась и Кенна. Я угадала верно — у сестрицы оказался чистый и приятный голос. Да уж, природа любит пошутить, наделяя противных личностей вроде Леона и Кенны неплохими физическими данными и даже талантом.
Затем пошла серия откровенно провальных выступлений. Серая мышка леди Кевман жалко и слабо блеяла, едва раскрывая рот. Текст и мелодия звучали по-детски беспомощно.
Жиденькие аплодисменты обозначили кандидатку на вылет. Я постаралась хлопать ей как можно громче. А когда девушка вернулась на подиум, подобралась к ней ближе, улыбнулась и прошептала:
— Вы очень милы, леди Кевман.
