Я отняла голову от колен и посмотрела на вошедшего.
Точнее, на громадный рулон, который продвинулся в мою тюрьму вперед него. Мужчина в форме слуги опрокинул его на пол, развернул.
Это оказался новый тюфяк. На вид куда приличнее того, на котором я сидела. Даже с ностальгией напомнил мне икеевский матрац. Ох, «Икея-Икеюшка», доведется ли еще хоть разок там побывать? Душу бы продала за такой шанс.
Вот сейчас проснуться бы и забыть Веравин с его жуткими обитателями, как страшный сон. Прогуляться по родному городу, заглянуть в торговый центр, со смаком предаться шоппингу.
И никаких сказочных миров, боже упаси!
Слуга тем временем расстелил поверх матраца теплое шерстяное одеяло. Кто же так обо мне позаботился? Поверх одеяла положил небольшую подушку и, окончательно добив меня, — настоящую маску для сна!
— Скажите, милейший, — спросила слугу приторно. — По чьему приказу вы это доставили?
— Милорда наместника, — ответил с безликой любезностью слуга.
Опа. Ну и дела. В честь чего такая забота о демонице? В пику ненавистному Элгану?
— Передайте милорду мою признательность.
Слуга вышел, а я тут же забралась под одеялко. Перинка оказалась куда нежнее и удобнее икеевского матраца. Не теряя времени даром, нацепила маску. Уснуть не надеялась. Слишком велико было напряжение, и я не сомневалась, что буду бодрствовать вплоть до неведомого экзорцизма. Просто ужасно хотелось отдохнуть от изнуряющих переливов терилия. В таком помещении с ума можно сойти.
Но я недооценила усталость. Едва я погрузилась в блаженную темноту, как мгновенно провалилась в сон.
Проснулась от того, что меня грубо тормошили за плечо.
ГЛАВА 7
— Леди Вальдер! Леди Вальдер! Прошу пробудиться. Господа магики ждут.
Стащив с глаз маску, увидела лицо вчерашнего слуги, который по милости Леона снабдил меня роскошной постелью.
— Господа магики готовы к обряду экзорцизма, велено привести вас. Я вчера вам ужин приносил, но вы так крепко спали, что не посмел будить. А завтрака подавать нельзя перед обрядом…
Какой завтрак, о чем он.
Будто мне сейчас до еды. В другой раз забота Леона польстила бы и заставила переменить мнение о самовлюбленном павлине. Но сейчас страх заполонил сердце, вытеснив все остальное. Плевать на еду и на Леона. Что сейчас со мной произойдет?
Хоть кусок в горло и не лез, запрет на завтрак усилил напряжение и страх. Почему нельзя? Чтобы не вывернуло наизнанку? Что они там вытворяют на этом своем экзорцизме?
Выкарабкалась из своего уютного лежбища. Отряхнула одежду.
