И если надо — достану тапок и отхожу тебя по заднице, как десять лет назад!
— Да хватит вам, — влезаю я. — Давайте лучше я вам пирожные принесу? Вкусные, воздушные. Хотите?
— Пирожные? — задумчиво сдвигает брови на переносице Лера.
— Ну да, — улыбаюсь я, — сегодня я поухаживаю за вами. А вы будете отдыхать.
Я приношу сестрам пирожные, наливаю ещё кофе. А потом мы все вместе переодеваемся и идем во двор, на шезлонги, что стоят перед здоровенным бассейном. Половину дня мы загораем, болтаем и дурачимся, толкая друг друга в воду.
Мне кажется, мы никогда так открыто не веселились. В родном доме даже смеялись тихо, лишь бы отец не услышал. А сейчас отрываемся на всю катушку, не боясь быть пойманными. Не боясь… свободы.
— У нас в доме ни одного бассейна, зато у Ники теперь целых два! — орет Лера, вынырнув из воды. — Я отсюда не вылезу до вечера!
— Можешь сидеть хоть до утра, — весело отзываюсь я, глотнув прохладного коктейля.
— Ну конечно, тогда отец приедет сюда и меня точно утопит, — закатывает глаза сестра, — и кстати, — она кусает губу, — уже скоро восемь вечера.
И он действительно приедет.
— Что? — я давлюсь своим коктейлем и приподнимаюсь на шезлонге. — Лично? Водителя за вами не отправит что ли?
— Не отправит, — вместо Леры отвечает Марина. — Сказал, что приедет сам. Но ты расслабься, — коснувшись моего плеча, она смотрит на меня успокаивающе, — наверняка хочет проконтролировать, как ты здесь живешь.
— Или дать свои наставления, — отвечаю и снова обхватываю губами трубочку коктейля, — спит и видит, что я забеременею.
Я уже отвыкла от присутствия отца. Отвыкла от давления и страха, который испытываю рядом с ним. Рядом с Вадимом все по-другому. Я обрела спокойствие. Меня никто не втаптывает в грязь и не унижает.
— Забей, — подплывает к нам Лера, отлепляя темно-янтарные пряди волос от лица, — поворчит и отвалит. Это у нас с Маринкой абонемент на его концерты. А у тебя теперь всего лишь разовая акция.
— Когда-нибудь мы все будем свободны, — покусывая трубочку зубами, я смотрю перед собой.
— Обязательно… когда-нибудь.
— Дочки! — разносится по двору слишком мягкий и добрый голос отца. — Вы где? Я приехал! Марина-а! Лера, Вероника!
Мы дружно вздрагиваем. И спустя несколько секунд видим отца.
Глава 18
Отец появляется возле бассейна и мы затихаем. Кажется, даже птицы уже поют не так громко, как раньше.
Невысокий, опрятный, в белоснежной рубашке и брюках. Лицо приветливое, на губах — легкая улыбка. Но это обман.
