— Ложись рядом, доспим немного до утра, — предложила я. — Солнце ещё не встало.
— Нет, — он сжал ладони и устало тряхнул головой. — Дел много. Лучше я пойду готовить завтрак и возьмусь за сарай. Пристрою его рядом с теплицей. Там, я видел, ты что-то высадила.
— Картофель. Калеб, полежи со мной, пожалуйста.
Подняв руку, он осторожно провёл подушечками пальцев по моей скуле.
— Ты очень красивая, — его шёпот будоражил.
— Я переживала, что не понравлюсь тебе внешне, — сболтнула, ощущая, как по телу прошлась горячая волна.
А внизу живота и вовсе словно пламя вспыхнуло.
— Наивная малышка. Я был без ума только от одного фото с камеры в министерстве. Когда Орк прислал мне запись, полдня успокоиться не мог. Такая красавица. Думал, вот позвоню тебе, откроишь ты рот и выяснится, что под красивой обвёрткой пустышка. Но боже, Дали, когда я увидел тебя в том платье... Когда ты подписывала брачный договор. Я смотрел на тебя, такую умненькую, целеустремлённую, серьёзную и строил планы по соблазнению. Уже тогда понял, что не отпущу.
Мне никогда не везло с женщинами. Всё не то, всё не те. Ты моя, Дали, моя малышка. И прости, что я лишил тебя возможности надеть то самое белое пышное платье, о котором мечтают все женщины.
Смущённая донельзя, я прикусила губу.
— Нет, Даллия, не полезу я сейчас в постель. Пока тебя спящую растирал, думал, в окно выйду от возбуждения. Но есть вариант: я заворачиваю тебя в одеялко и несу на кухню.
— Да, — закивала, приподнимаясь на локтях. — Я лучше посижу там с тобой.
— Чувствуешь себя нормально для этого?
— Да, Калеб, всё хорошо.
Через пару минут я уже сидела в кухне и наблюдала, как он топит печь.
Дверь в комнату девочек скрипнула, и показались наши цветочки.
Началась привычная возня, с улыбкой я подмечала, как у них всё слаженно готовится. Калеб так легко вписался в нашу маленькую семью, словно был в ней всегда.
— Чай, малыш, и лепёшки?
На столе появилась тарелка со свежим хлебом.
— Я пока не хочу, — честно созналась, ощущая приятный аромат.
Моего лба тут же коснулась грубая мужская ладонь.
— Температура спала. Не хочешь, не ешь, но пить обязательно. И, наверное, обойдёмся сегодня бульоном.
— С варёной рыбой, — уточнила я.
— С чем захочешь.
Калеб присел передо мной на корточки и зевнул, прикрывая рот.
— Тебе нужен сон, милый, — мне не нравилось его состояние.
— Пораньше ляжем, — он лишь улыбался, глядя на меня.
— Калеб...
— Нормально всё. Нормально.
Его усталость меня тревожила.
