Собираю последние силы, вбираю в лёгкие побольше воздуха и любимого запаха.
— Я себя боюсь. — говорю со спокойствием, которого на самом деле не ощущаю. Просто я на пределе. Нервы натянуты так, что одно неправильное прикосновение, и они мне все органы исполосуют. — Понимаешь? Чувств своих. У меня скоро свадьба. А я с тобой… Меня пугает то, какие эмоции топят, когда ты рядом. Всё слишком быстро. Всего пара поцелуев, и я едва не… Прямо в машине… Я бы никогда так не поступила. Это не я. Кто-то другой. Извини.
Сама не понимаю, за что прошу прощения. Не знаю, откуда беру смелость на такой откровенный ответ. Если это не я, то кто? Моя бунтарка? Монстр? Мальчишка? Тараканы? Которое из моих альтер эго это делало? На кого спускать всех собак? Перекинуть вину? Кого обвинять, кроме себя?
— Я понял. — короткий ответ. — Всё понял, Насть. — наклоняется и быстрым поцелуем обжигает мои губы. — Мне лучше уехать сейчас. Но я не сдамся. Ты же помнишь об этом? — киваю. — Не забывай. И Насть, — пауза.
Поднимаю потупленный взгляд, — не завязывай волосы. Ты сейчас очень красивая.
Ещё один короткий поцелуй. Счастье горячей карамелью растекается по венам, прожигает, заполняет нутро, согревает заледеневшее тело.
Он считает меня красивой!
— И ещё… Не крась губы красной помадой. Это не твоё. Тебе это не надо. Будь собой. Моей идеальной девочкой. Ладно?
— Да… — пищу задушено.
— Я тебя… — обрывается на полуслове, а у меня внутри всё замирает. — До завтра, маленькая.
С силой сжимает мою ослабевшую тушку и опять целует.
На этот раз мучительно долго и с вызывающей трепет нежностью. Будто не хочет отпускать. Ещё один поцелуй, взгляд, прикосновение, невесомая ласка, натужный вдох, и Артём рывком отстраняется от меня, будто боится, что иначе не сможет уйти. А я позволяю ему это, потому что иначе не смогу отпустить. Быстрым шагом доходит до машины и запрыгивает в салон. Гелик разрывает тишину рёвом мотора и со свистом срывается с места. Северов даже не оборачивается, и меня разрывает от обиды.
Но…
Смогла ли я тогда бы позволить ему уехать? Нет!
Вот так и должно быть. Когда не хочешь отпускать. Когда не можешь надышаться, нацеловаться и насмотреться на человека перед коротким расставанием. Так правильно. А не то, что у нас с Должанским, когда я жду, чтобы он поскорее свалил в закат.
— До завтра, Артём Северов. Парень, который разрушил мой идеальный мир до основания. — шепчу в темноту и забегаю в дом.
