И безумно хотела наказания от его рук. Вся дрожала от безумного голода. Он снова меня поцеловал. Тягучий поцелуй перетек на шею, Кирилл ласково водил языком вдоль уха, захватывая мочку и прикусывая.
Застонав, я снова стиснула бедра, но страсть уже нарисовала влажную дорожку на внутренней поверхности бедра. Я истекала влагой, испытывая одновременно стыд и похоть. И впервые знакомясь с новыми реакциями своего тела. Такого со мной не случалось никогда. Только с Кириллом, только с ним.
А он в это время избавлял меня от платья.
Провел ладонью по плечам, стягивая вниз тонкую ткань. Мое дыхание стало частым-частым, сердце отбивало бешеный ритм. Медлительность сводила с ума. Казалось, еще чуть-чуть, и я потребую, чтобы Кирилл немедленно сделал меня своей. Но он с маниакальной точностью покрывал поцелуями каждый сантиметр моего тела, двигая платье вниз, пока оно лужицей не опало вокруг моих ног.
Поцелуи прервались, и я вопросительно посмотрела на Кирилла, а он опустился на колени, приподнимая мою ногу и раскрывая меня для себя.
Я испуганно вцепилась пальцами в его плечи, не понимая, что он задумал. Наши взгляды пересеклись, но я быстро закрыла глаза, когда он приблизил губы к моей промежности и прикусил плоть через влажное кружево."
"Поразительная ласка распространила ток по всему моему телу. Я едва удержалась на ногах. Пальцы стиснули кожу на плечах Кирилла. Я сладко потянулась к его рту, безмолвно прося продолжения ласки. И она последовала.
Он отодвинул кружево в сторону и протиснул внутрь пальцы, они легко вошли во влажную плоть, двинулись дальше, глубже, будто пронзая меня насквозь, он нанизал меня на два своих пальца, а языком начал выписывать круги на чувствительном до болезненности клиторе.
Его плечи напрягались под моими руками, а я молила о развязке, плавно качая бедрами в такт движений его умелого языка. Он отгадывал, как нажать, как правильно трогать и лизать, и пальцами яростно довершал идеальную симфонию моего наслаждения.
Двигал языком вверх, вниз, по кругу, снова и снова.
Ослепительный оргазм наступил неминуемо и вынул из меня душу, отправив ее куда-то на небеса, а тело слабо качнулось, подхваченное Булацким. Он быстро понес меня в постель, кинул на эту роскошную кровать под балдахином, и я провалилась в перину, утонув в ней и забарахтавшись.
Тогда он с грубым смешком вернул меня на пол, где быстро опустил на четвереньки.
