Но так и не вернула всю сумму полностью.
Этот месяц был ужасным. Меня кинули сразу на двух работах, не заплатив ни гроша, поэтому я не смогла заплатить Алле за аренду квартиры. Эта злющая, вечно ворчащая женщина в застиранном халате и сальными волосами, собранными в пучок, просто выставила меня вон, выбросив из окна мои вещи.
Я снимала однокомнатную квартирку на первом этаже у Аллы Павловны. Место ужасное, дом давно списан под снос и непригоден для жизни. Но это лучшее, что я могла себе позволить, имея такой скудный заработок.
Бродяги растащили практически всё. Всё! Хотя у меня ничего не было ценного, всё же кое-что из одежды я успела спасти.
Запихала всё спасенное в рюкзак, поднялась с пола. Утерев слезы, двинулась в сторону вокзала. Ничего, выживу. Я живучая! В детском доме и похуже бывало, жизнь меня закалила. Сегодня переночую на вокзале. Там тепло, даже есть телевизор и продают дешевые, но очень вкусные пирожки.
Не успеваю покинуть территорию двора, как вдруг из-за подворотни на меня напирает громадная туша.
Мерзкий холодок проносится от затылка к пяткам, когда я слышу картавый, прокуренный голос:
— Эй, кроха, двадцать рублей на пивас найдется?
Поднимаю глаза, встречаясь с наглыми рожами каких-то бродячих алкашей.
Мамочки!
— Д-дайте пройти, н-нет у меня ничего… — пытаюсь обойти засранцев стороной, но они как специально двигаются вместе со мной, перекрывая путь. Боже, несет от них не лучше, чем от городской свалки.
— М-м, а ты ничего такая, может развлечемся? — брызжет слюной один из барыг, щелкая семечками.
— Простите, вы ошиблись.
Надо бежать! Срочно делать ноги!
Они пялятся на меня, как на кусок бесплатного, свежего мяса, голодными, дикими глазами. И у всех троих ширинки топорщатся.
— Хватайте! — орет один из шайки, самый мерзкий, небритый и толстый, как хомяк.
— Нет!
Разворачиваюсь, пытаюсь бежать в обратную сторону, но меня с силой хватают за рюкзак, отшивыривая на асфальт. Я бьюсь коленкой, ладошки в кровь стираю, а они как стая гиен сверху на меня набрасываются, отбирая всё, что только можно.
Уроды! Они стаскивают с меня рюкзак и кофту, выворачивают все карманы, потроша содержимое моих вещей, а я, свернувшись в клубок просто рыдаю от страха, не в силах ничего сделать.
Неужели моя жизнь скоро закончится?
Они же меня в переулке просто на кусочки порежут…
Меня может спасти только чудо.
Неожиданно из-за поворота вылетает темная иномарка. Звонкий гудок больно бьет по ушам, а яркая вспышка фар слепит глаза.
